Начиналось настоящее испытание.
За последними московскими домами шоссе резко изменилось. Укатанный снег вперемешку с глиной превратил дорогу в коварное месиво. Свинцовое небо нависало так низко, что казалось, вот-вот коснется крыш грузовиков.
— Похоже, оттепель усиливается, — Варвара протерла запотевшее стекло. — Температура воздуха около нуля.
Головной «Форд» впереди заметно сбросил скорость. Его колеса разбрасывали фонтаны грязи, оставляя глубокие колеи. За ним натужно пыхтел второй американец.
— Давление масла падает, — вдруг встревоженно произнесла Варвара. — Три и пять… три и две…
Я обернулся к кузову:
— Звонарев, проверьте маслопровод! Похоже, где-то подсос воздуха.
Молодой инженер ловко перебрался к двигателю, на ходу доставая инструменты. Травников с интересом наблюдал за его действиями.
Впереди колонна неожиданно остановилась. Красный «Фиат» застрял, его колеса беспомощно крутились в жидкой грязи. Итальянские механики суетились вокруг, пытаясь подложить доски под колеса.
— Держитесь правее, — посоветовал Бережной. — Там колея мельче.
«Полет-Д» уверенно обошел застрявшую машину. Я заметил, как угрюмо посмотрел нам вслед представитель «Фиата» Марелли.
— Нашел! — донесся голос Звонарева. — Ослабло крепление на масляном фильтре. Сейчас подтяну.
Велегжанинов молча протянул ему нужный ключ. Руднев, наблюдая за работой, что-то помечал в блокноте.
— Давление восстанавливается, — подтвердила Варвара. — Четыре атмосферы.
Дорога петляла между холмами, покрытыми редким лесом. Местами еще лежал почерневший снег, но в низинах уже блестели лужи талой воды. Впереди показался крутой подъем.
— Внимание всем, — предупредил я. — Сейчас будет сложный участок.
Первый «Форд» начал подъем. Его мотор натужно ревел, из выхлопной трубы валил черный дым. На середине склона машина вдруг заглохла и медленно покатилась назад.
— Придется помочь, — вздохнул я. — Бережной, подготовьте буксировочный трос.
Но американцы справились сами. Умело маневрируя между промоинами, они сумели преодолеть подъем со второй попытки.
— Наша очередь, — Бережной сосредоточенно всматривался в раскисшую дорогу. — Держитесь крепче.
«Полет-Д» начал взбираться по склону. Двигатель работал ровно, без надрыва. Варвара не отрывала глаз от приборов, тихо бормоча показания:
— Обороты тысяча восемьсот… температура девяносто пять… давление масла стабильное…
Травников быстро записывал цифры, иногда удивленно качая головой.
Когда мы преодолели подъем, я оглянулся назад. Остальные машины все еще боролись со склоном. Ярославский грузовик застрял, его пытались вытащить на буксире.