— М-м-м? — леди Мэрили оторвалась от письма сэра Бойла, и бросила на горничную полный удивления взгляд. — Уже время ужина?
— Да, госпожа, — Мелинда не смогла сдержать слегка ироничную улыбку. — Вы сегодня уже удивлялись обеду, теперь ужину…
— А, ничего страшного, — девушка отмахнулась, возвращая внимание листам белой бумаги. — Подавай. Ты, кстати, уже заказала шкатулку?
— Конечно, — Мелинда улыбнулась шире. Её хозяйка спрашивает о новой шкатулке для хранения писем уже четвёртый раз за этот день. — Она будет готова через два дня. Быстрее не получится.
— Жаль… очень жаль, — вздохнула алоглазая красавица.
— Госпожа Мэрили… — горничная чуть покачала головой, но продолжать не стала, удаляясь, для того, чтобы накрыть на стол.
Леди Мэрили в последние дни настолько счастливая, что служанка боялась спугнуть её настроение. А уж насколько хозяйка была довольна, когда вернулась с приёма… Мелинде даже пришлось уговаривать леди лечь в постель, потому что та, после ванны, бродила по комнатам с отсутствующим видом и улыбкой, будто не от мира сего. Ещё и временами краснела, бледнела… и странно попискивала, обнимая себя за плечи.
— И Мелинда, — остановил горничную в дверях голос госпожи. — Скажи Вите подготовить всё для написания ответного письма. Я займусь этим после ужина.
— Да, леди, — вздохнула служанка. Кажется кто-то сегодня опять ляжет в постель слишком поздно.
Краулер лежал в своей корзине, лениво поглядывая на хозяйку. Та в последние дни вела себя несколько необычно. Но не плохо. Теперь она значительно чаще зовёт кота полежать у неё на коленках, чтобы погладить и почесать за ушами.
Любимец Мэрили, хоть и был котом, но знал: самое вкусное это то, что ты получаешь не сразу. Поэтому, некоторое время он упрямился, насмешливо смотря на свою человечку, но потом милостиво нёс себя к ней, чтобы хозяйка испытала каплю истинного наслаждения от прикосновений к венцу эволюции.
Сейчас, правда, одна из трёх его личных человечек занималась совсем странным. Сидела за столом, и под светом какой-то непонятной штуки, карябала палкой по бумажке.
«Не заболела бы» , — печально вздохнул Краулер. Хоть у него, с недавних пор, стало сразу три личных питомицы, но эта была самая старшая. Она часто приказывала двум другим дать коту что-нибудь вкусное — жалко было бы терять такую полезную человечку.
— Нет! Всё не так! — снова вскрикнула непонятное человечка, после чего смяла бумагу и выбросила её на пол.
— МЪяу, — неодобрительно заметил Краулер, посмотрев на бумажный шарик. Он с такими игрушками давно уже не играет. Вот бантик на верёвочке — другое дело. До сих пор весело. А такие шарики только мелким котятам интересны.