Ведь… в этой жизни Бойл, до его раннего отъезда в столичную Академию, на факультет рыцарей, был таким же, как в прошлой. События в стране были теми же, насколько могла вспомнить девушка. Всё шло своим чередом. Единственное, что изменилось — сама Тильта. И её письма брату. Она не могла больше писать ему все те глупости, что и раньше. Поэтому, на листах бумаги было… больше слов о семье, о том, как она их всех любит, о баронстве и красоте восходов, об окружающих девушку людях и её любви к ним. Неужели это она каким-то образом что-то поменяла настолько, что её брат, казавшийся всегда благородно-величественным, столично-аристократичным, холодно-снисходительным пустил в своё сердце любовь к этой девушке?
Причём, леди Мэрили тоже явно была им очарована. И это тоже из-за Тильты? Но разве подобное возможно? Настолько изменить будущее всего лишь несколькими десятками писем? Как? Как⁈ А главное: к лучшему ли произошедшие изменения? Девушка, после всех бессонных ночей, после сотен передуманных мыслей, десятков принятых и отброшенных планов… Решила, что не сможет предать ни своего «брата» , ни Истинного Короля. Евлампии остались верны монарху, поэтому и Тильта будет ему верна.
Но она должна помочь «Бойлу ». Решение было… тяжелое, но единственная дочь Евлампиев хотела, после встречи с «братом» , рассказать ему обо всём. Об успешности переворота, но краткости правления нового Короля. О тех, кто ему помешает, о событиях, которые она помнит! Она поможет! Поможет Его Величеству и своему роду! Маму, папу, братьев — не убьют предатели! Её « брат» и её Король спасётся сам и спасёт их!
«Все Боги, кто бы ни дал мне второй шанс, я надеюсь, что не испортила всё что можно ещё до начала действий », — тяжело вздохнула девушка, постаравшись скрыть тяжесть за восхищением. — « Но, по крайней мере, взглянув на „брата“, я уже почти не боюсь, что он разозлится» .
— А это случаем не имперцы? — спросила матушка у отца, поглядывая на стоящих невдалеке леди и джентльмена, которых сопровождала юная леди, чуть постарше Тильты.
— Думаю, это посол и его семья, — кивнул сам себе отец. — Мундир имперца похож на те, что носят посольские.
— Странная девочка, — отметила баронесса.
«И даже очень» , — с беспокойством согласилась с матерью Тильта, ненавязчиво рассматривая юную леди.
Вроде обычная, красивая и милая, только вот взгляд имперки, направленный на танцующих Бойла и леди Мэрили был… наполнен каким-то непонятным страхом.