Теперь мы с мужем счастливы только на фотографиях. И стоит признать, что как раньше уже ничего не будет. Сейчас наши отношения держатся исключительно на мне, моих счастливых воспоминаниях и отголосках любви. Но надолго ли меня ещё хватит?
И ведь проблема в том, что мне уже не двадцать и даже не тридцать, а сорок шесть лет, так есть ли какой-то смысл идти на такой серьёзный шаг, как развод? Я больше половины своей жизни прожила с Сашей, и теперь, даже несмотря на угасшую любовь, не могу представить себе наше расставание.
Но и жить с такой тяжестью на сердце и ощущением, что я для мужа не более чем кухарка и уборщица, я тоже не могу.
А значит, мне пора уже на что-то решаться, заканчивая пустую борьбу за отношения, которые, судя по всему, нужны только мне.
И всё же, несмотря на вспыхнувшую в груди уверенность и жажду перемен, я не могла вот так сразу пойти на такой решительный шаг, как развод. Мне надо было много о чём подумать и подготовиться к расставанию, чтобы потом не бегать в панике в поисках недорогого жилья и не собирать в спешке документы.
У меня ведь нет своей квартиры, и мы с Сашей прожили эти двадцать с лишним лет в квартире его бабушки, которую на него переписала его мать, как только вступила в наследство. Так что идти мне некуда.
Родители завещали квартиру моему брату, своей гордости и любимчику, хотя именно я была с ними до самого конца, ухаживая и во всём помогая, так и не найдя ответ на мучивший меня вопрос, почему же они любили сына больше дочери.
Поэтому единственный для меня вариант — это снять небольшую студию или однокомнатную квартиру, чтобы мне хватало моей зарплаты на все нужды, включая оплату аренды. А это задачка со звёздочкой.
И именно этим были заняты мои мысли, когда я после работы зашла в магазин за продуктами, действуя на автомате, складывая в корзину сыр, масло, яйца, овсяное печенье и всё прочее, что я из раза в раз покупала, чтобы потом самой отнести тяжёлый пакет домой.
Саша в этом деле не был мне помощником. Ему хоть каждый пункт отдельно напиши, хоть сто раз повтори, что надо купить, но он всё равно не справится с такой простой задачей. И из-за этого мне не раз казалось, что он специально делает вид, что не может отличить творожный сыр от плавленого, говяжий паштет от куриного, так далее, чтобы я больше не нагружала его просьбами сходить в магазин.
Да и мне было легче самой всё купить, чем выслушивать ворчание и недовольство мужа, получать на свои ответы неизменное «я не знаю, бери что хочешь» или «мне всё равно».
И если раньше я мирилась с подобным, не считая это чем-то ужасным, то сейчас меня это раздражает, и раздражает очень сильно.