Слов — не было. Одни только матерные выражения, которыми было сложно описать все те эмоции, что вызвали куда-то пропавшие пять суток. Пять дней из тридцати — это какой-то нонсенс! А сколько событий было пропущено…
Только сейчас обратил на изменившиеся строки в описании задания. Орки разбиты, но спокойствия всё нет — в чём, спрашивается, проблема?
Сейчас, глядя на высокий, пародирующий стены частокол из вбитых вплотную друг к другу стволов деревьев, на неказистые орочьи хижины и разбросанные меж них палатки я примерно представлял себе реакцию любящих тепло длинноухих.
Ведь на земле лежал снег.
Немного, всего пара сантиметров, там, где никто не ходил, но вкупе с отрицательной температурой и страшным ветром ни о каком проживании в захваченном поселении не могло быть и речи. Но это ли повлекло за собой проблемы? В конце концов, эльфы всегда могут спуститься пониже, а здесь основать какой-нибудь форпост или крепость.
Выцепив первого попавшегося эльфа, оказавшегося эльфийкой, я попросил подсказать, в какой стороне находится наше дражайшее руководство, в ответ получив лишь примерное направление, указанное пальцем, так как на словах объяснить устройство этого лабиринта не представлялось возможным.
Спустя четверть часа я, излазив посёлок вдоль и поперёк, набрёл-таки на огромное по орочьим меркам строение, в высоту насчитывающее десять метров, поделённых на три этажа. Вплотную к этому дому приладили офицерские палатки, ко входу в одну из которых я и направился. Благо, что статус Кхэла позволял свободно общаться с равными ему, — офицерами, главами отдельных семей и такими же Кхэлами, — и вежливо взаимодействовать с вышестоящими эльфами вроде Драхн или членов совета. В общем и целом — предельно понятная иерархическая система, совершенно отличная от классической эльфийской, откуда чёрт выберется только с ног до головы в гипсе.
— Новенький? — Произнес облаченный в идентичные моим одежды эльф. Лицом я был незнакомым, так что с готовностью произнёс:
— Пять дней назад меня одарили частицей Светочи, а очнулся я только сейчас.
— И сразу побежал сюда? — В голосе мужчины слышалось неверие, не лишённое, впрочем, обоснования — такое «повышение» обычно приравнивалось к празднику.
— Именно так. У меня не осталось ни семьи, ни друзей. — Сказал я лишь немного покривив душой, так как судьба Фарвы, покалеченного лучника, мне была неизвестна. Семьи же у Аваля, моего аватара, действительно не было. — Зато есть честь и ответственность перед родом, и я пришёл сюда, дабы дальше продолжать выполнять свой долг.