Он видел, как кости встали на место и начали срастаться, как вокруг них образовывалась новая плоть, ещё очень тонкая, прозрачная, но постепенно приобретающая здоровый вид. Эл преобразовывал материю тела Ольгерда в необходимые ему ткани, заставляя одно превращаться в другое. По закону сохранения веществ он не мог сотворить нечто из ничего и потому заранее добавил в рану порошок, вначале остановивший кровь, а затем послуживший строительным материалом для кожи и мышечных волокон, на которые не хватило сил самого организма. Это было вроде алхимии, но куда более сложной, чем представлялось средневековым учёным и мечтателям.
Через два часа на месте открытой раны не осталось даже шрама, только бледность Ольгерда свидетельствовала о большой потере крови и необходимости отдыха. Эл наложил чистую повязку, чтобы скрыть чудесное излечение, и, убрав энергетический кокон, позвал телохранителей.
— Перенесите его на третий этаж в южное крыло, — велел он, смывая со стола влажной тряпкой кровь. — И поставьте у двери охрану. Никого, кроме меня, не впускать. Если капитан очнётся, не заходите к нему, не разговаривайте с ним, а сразу доложите мне.
— Будет исполнено в точности, ваше величество, — поклонился один из телохранителей по имени Боримир, исполнявший обязанности начальника стражи в отсутствие Ольгерда.
— Поставьте рядом с его кроватью кувшин с водой. Если он, очнувшись, захочет пить, пусть он будет у него под рукой. Но повторяю, не входите в комнату и не приближайтесь к нему.
— Мы запомнили, ваше величество.
— Ступайте.
Стражники положили Ольгерда на носилки и ушли. Эл несколько мгновений слушал их удаляющиеся шаги, а затем, ещё раз проведя влажной тряпкой по столу, бросил её в ящик, погасил светильники и, заперев дверь, направился в Южную башню узнать, как идут дела у Ирда, который передал ему накануне, что, судя по всему, близок к разгадке тайн, зашифрованных в Книге Молоха.
Эл отпер дверь, приветствуемый телохранителями, которые несли вахту перед комнатой, где работал Ирд, и вошёл. Молодой человек сидел за столом с кубком вина в руках и ужинал. Увидев Эла, он кивнул и поднял кубок.
— Рад тебя видеть, — сказал он и положил руку на Книгу Молоха.
Она была закрыта.
— Ты закончил? — спросил Эл, подходя и беря себе стул.
— Мог бы поинтересоваться, как я провёл эти дни в заточении, на которое ты меня обрёк.
— Надеюсь, ты не скучал?
— В это трудно поверить, но нет. Меня так увлекла расшифровка этих… тёмных мест в Книге, что твои стражники чуть ли не силой впихивали в меня еду, — Ирд засмеялся. — Зато теперь я почувствовал настоящий голод и, как видишь, спешу его удовлетворить, — он указал на тарелку с дымящейся пищей. Давно еда не казалась мне столь же вкусной.