Какая-то ночная птица тяжело слетела с дерева и, хлопая крыльями, пронеслась над погостом. Из еловой чащи донеслись протяжные крики ночого хищника. Отвлекшись от своих мыслей, Вейдэль повернулся к Эртанору.
— Это место подходит? — спросил он.
Оракул кивнул.
— Вполне, ваше величество. Думаю, здесь мы найдём несколько тысяч будущих воинов.
— Ты справишься? — в голосе Вейдэля прозвучало едва различимое беспокойство.
— Разумеется, — уверенно отозвался Эртанор. — Не сомневайтесь. Мне приходилось проделывать такое множество раз.
— Тогда начинай. Мне отойти?
— Если хотите, можете остаться, — Оракул холодно улыбнулся. — Полагаю, зрелище будет достойным внимания.
Он закрыл глаза, вводя себя в транс, необходимый, чтобы сосредоточиться на предстоящем ритуале.
Вейдэль на всякий случай отступил, чтобы не отвлекать некроманта. Он не знал, сколько понадобится времени для ритуала, но твёрдо решил дождаться конца.
Эртанор перебирал энергетические нити, словно струны, примериваясь, на каких сыграть. Наконец, он отобрал нужные, и начал брать их под контроль, составляя сеть, которой сможет управлять. Это было непросто: перед внутренним взором переливались миллионы сверкающих потоков!
Когда всё было готово, Эртанор приоткрыл рот и выпустил драгоценный зелёный дым. Когда-то он использовал его, чтобы поднимать убитых солдат на бой с нежитью, порождённой кровью Звезды. Теперь же некромант был по иную сторону баррикад.
Эртанор мысленно позвал мёртвых. Через мгновение он ощутил их отклик: они ответили нехотя, их голоса были едва различимы. Усопшие пробуждались от векового сна, ещё неспособные ни на что. Сотворив Символ Тантоса, Эртанор разделил исторгнутые в ритуале жертвоприношения души на части и роздал мертвым. Этого хватило, чтобы в прахе зародилось подобие жизни. Энергия побежала по истлевшим костям, и мертвецы тихо застонали. Земля под ногами носферату дрогнула — по ней словно прошла судорога. Оракул натянул нити армирующей решётки и посылал по ним настойчивые приказы, заставляя усопших подняться из могил, освободиться от оков времени и извлечь себя из-под земли.
Вейдэль увидел, как погост ожил. Повсюду, разбрасывая землю, высовывались руки скелетов, а затем и сами они выбирались на поверхность. Большинство имело неполный набор конечностей. Потоптавшись, нежить разрывала свои могилы, извлекая на свет потерявшиеся ноги-руки. Скелеты приставляли их к нужным местам — иногда не с первого раза угадывая. Вспыхивали зеленоватые огоньки, и кости срастались. Мертвецы распрямлялись и поворачивали пустые глазницы в сторону некроманта. Казалось, все они улыбались, радуясь тому, что покинули сырую землю.