— Да понял, понял. Говори.
— Так вот, он и ещё какая-то графиня, кажется Ангелина Караваева, изъявили желание присоединиться к нашему… делу. Что мне им ответить? Они должны перезвонить. Надя сказала, что на это…
Что дальше говорил Игнат я уже не слышал. Перед глазами висела нелепая картина, как меня осаждают толпы разного рода дворянства. Крики, вопли, вздохи. Каждый из них трясёт бумагами перед моим носом и молит о присоединении их земель к моим.
Тьфу ты. Привидится же такое⁈
— Так что мне им ответить?
— Скажи, что я рассмотрю их прошение и отвечу позже.
Я отдал артефакт Краснову и глубоко вдохнул. Как бы то ни было, но всё складывается в мою пользу. Просто я привык бороться, и протянутая рука помощи кажется мне очередной подставой. Пора меняться, и сейчас для этого лучшее время.
После нашей памятной беседы минул день.
Все последствия осады были устранены, катапульты разобраны, а мортиры восстановлены и перевезены на задний двор. Теперь они будут охранять мою землю.
Что касается референдума, то он начался с самого утра и затянулся до поздней ночи. Как пояснила Надя, в голосовании приняло большее количество людей, чем было заявлено изначально, и это не удивительно.
Весть о том, что где-то нашёлся странный граф, решившийся основать независимое княжество, разлетелось по округе, и вскоре к моему особняку действительно выстроилась вереница просителей всех мастей.
Были здесь и фабричники, под управлением Корсуньского, и посланники разных баронств и графств, и представители всех местных гильдий, и ещё, бог знает, кто. Все они изъявили желание присоединиться и проголосовали, обязавшись внести свой посильный вклад в развитие общего дела.
Единственный, кто оказался против, был тот самый Прохор — пришлый тракторист, возомнивший себя народным гласом, которого сам народ и прогнал, осознав, к чему может привести его самодеятельность. Но всё же, кое-что из его предложений я оставил, и это ещё больше подстегнуло крестьян. Теперь их было не остановить. Каждый хотел внести свой вклад.
Но больше всего постарались коротышки. Буквально на следующий, после осады, день население Города под Дворцом увеличилось вдвое. При том, что первоначальное его количество для меня так и оставалось тайной, но это не важно. Важно то, что рядом со мной начала процветать жизнь. Настоящая, живая жизнь, хотя казалось бы…
Ближе к закату ко мне подошёл Игнат. Он был немного встревожен и всё время поглядывал на часы, будто боялся пропустить важное для него событие.
— Не знаю, помнишь ли ты, но завтра меня не будет, — с серьёзным видом заявил Игнат.