— Морозова! — услышала я хлесткий голос Ирины Павловны. — Зайди, немедленно.
Кабинет у начальницы небольшой, почти тесный, но стены в нём увешаны дипломами и сертификатами в одинаковых золочёных рамках. Когда я попала сюда первый раз, это произвело впечатление. Казалось, Ирина Павловна — человек с опытом, с именем, с бесконечным списком заслуг. Со временем иллюзия начала трескаться. Часть дипломов оказалась с сомнительных онлайн-курсов с громкими названиями и мелким шрифтом внизу. Некоторые сертификаты она вообще не получала, а просто покупала. А однажды я узнала, что, когда кто-то из сотрудников отдела проходил обучение за счёт компании, Инна Павловна требовала оформить сертификат на её имя.
С тех пор, глядя на эти рамки, я только мысленно закатывала глаза.
— Закрой дверь.
Я подчинилась, и в кабинете сразу стало теснее. Ирина Павловна медленно обошла стол и опустилась в своё кресло. Я сделала вдох, сжала в пальцах заявление.
— Ирина Павловна, я хотела…
— Сначала я скажу, — перебила она, разглядывая меня, как энтомолог особо мерзкое насекомое. — Значит, вот как ты решила строить карьеру? — протянула она наконец. — Через постель генерального?
У меня внутри что-то холодно щёлкнуло.
— Вы сейчас серьёзно? — спросила я, не узнавая свой голос. Я положила заявление на край стола. — Я пришла подать заявление на увольнение.
Ирина Павловна посмотрела на лист, потом снова на меня, нехорошо улыбнулась.
— Увольнение? Как удобно. Устроила цирк на всю компанию — и в кусты?
— Это был конкурс. Фанты, — старалась я ответить ровно.
— Фанты! Как удобно, — хмыкнула она. — И ты совершенно случайно выбрала директора. Не Петрова из айти, не охранника Толика, а генерального. — Она встала, упёрлась ладонями в стол. — Думаешь, я дура? Думаешь, я не вижу, что происходит?
Оправдываться было бессмысленно, она уже всё для себя решила.
— Думайте, что хотите. — Я кивнула на заявление: — Подпишите, пожалуйста. Я отработаю две недели, как положено.
Ирина Павловна взяла лист, повертела в пальцах.
— Отработаешь, — согласилась она. — Обязательно отработаешь. Каждый день. Каждый час.
Она отложила заявление в сторону и снова посмотрела на меня.
— Но знаешь что, Морозова? Мне даже интересно стало, что он в тебе нашёл? — Её взгляд скользнул по моей фигуре. — Нет, правда. Ты ведь не красавица, мягко говоря. И даже не «пышечка», а совсем запущенный случай.
У меня щёки вспыхнули так, будто по ним ударили.