— Будто те, кто живёт мечтой уничтожить друг друга, могут успокоиться, — хмыкнул я.
— Быть может, и так, — сказала Серафина. — Но мир точно изменится, и мне бы хотелось верить, что всё-таки в лучшую сторону.
А мне бы хотелось верить, что Серафина не настолько наивна, чтобы действительно в это верить. Любой прогресс в мире — это лишь повод для одних воткнуть заточку поглубже в спину другим, не более. И это всё при учёте того, что обычным людям всё это дерьмо нахрен не сдалось.
— Так о чём ты хотела поговорить, Тефея? — спросила Серафина, когда они спровадили Самсона из комнаты.
— По поводу самого Самсона.
— Опять? Что случилось? — устало вздохнула она.
— А должно что-то случиться?
— Обычно — да. Не знаю почему, но некоторые будто спят и видят, как бы на него пожаловаться.
— Нет, я не жаловаться, — покачала головой Тефея. — Я по поводу его прошлого…
— Если ты хочешь знать, что мне известно, то ровно столько же, сколько и всем — ничего, — на опережение ответила Серафина. — Самсон говорит, что ничего не помнит.
— Да, но его знания говорят об обратном. Неприятно говорить, но Самсон в некоторых моментах знает больше меня. И я склонна подозревать, что никакой памяти он и не терял.
— Вспоминает частями, — безразлично предложила та.
— Ты в это веришь?
— Нет. И никто не верит. Но мы ничего сделать с этим не можем. Если он сам не хочет говорить, то вряд ли мы заставим его сделать это добровольно. А недобровольно — это получить врага вместо союзника, учитывая, сколько появилось желающих привлечь его на свою сторону. Копчёные так и вовсе спасибо нам скажут.
— Мы бы могли его…
— Спросить? Допросить? Выпытать? — внимательно посмотрела на неё Серафина.
— Вызнать, — предложила свой вариант Тефея.
— Интересно понять, как именно «вызнать» отличается от остального.
— Напоить, разговорить и между делом заставить рассказать. Прямо не спрашивать, но можно поговорить о его доме, о том, где он жил, кем были его родители, и так понемногу мы сможем понять, откуда он хотя бы примерно.
— И кто его разговорит? Ты? — поинтересовалась Серафина.
— Ты знаешь, я плохо переношу алкоголь.
— Ровно как и Самсон. Ты знаешь, что он украл меч ровно в тот момент, когда напился?
— Так, может, это и ключ? Напоить его, он всё выболтает, а наутро ничего не вспомнит. Попросим Мелиссу, она хорошо пьёт. Или Флорию. Начнёт приставать к ним, мы его уложим на кровать, и как будто ничего и не было.
— И как ты заставишь его выпить, если он не пьёт, Тефея? — полюбопытствовала глава всадниц.
— Ну должна быть причина, по которой он бы выпил, разве нет? Дать ему… виконтство?