Кажется, время переписывать их легенды.
Разглядывая тело, я обратил внимание на подсумок, который висел у небесной всадницы на поясе и осторожно открыл его порылся внутри, и помимо всякой мелочёвки типа склянок и походной утвари, достал листок бумаги. Старой и пожелтевшей, сложенной в квадратик. Сложно понять, что здесь было написано раньше, возможно, страница книги или письмо, однако несколько слов были отчётливо видны, словно написанные последними поверх всего.
«Спокойствие и ярость. Смирение и бунт. Мы не можем изменить собственную природу. Мы потеряли кровь» .
Бунт млеать…
— Эй ты, нашёл что-то? — окликнула меня агадарка.
— Кусочек письма, — отозвался я.
— Надо уходить, магия недолгая, а идти через этот лес костей я не хочу. Поэтому хватай всё, что есть и выдвигаемся! На, подержи!
И кинула мне клинок.
А я, дебил, на автоматизме его поймал рукой.
И что он сделал? Эта сука засветилась в моей руке точно так же, как она засветилась до этого в руке агадарки. И та, не успев отвернуться, могла лицезреть то, что видел узкий круг лиц восемь лет назад. Надо ли говорить, какое у неё было охреневшее лицо в этот момент?
Несколько секунд мы молчали, после чего встретились взглядами. Её глаза были такими круглыми, что на меня будто змея смотрела.
— Это же не может быть… — прошептала агадарка, глядя на меня. — Как… как это возможно⁈ Ты же мужчина, а он срабатывает только на женщин!
— Наверное, после тебя ещё светился… — пробормотал я.
— Ага, как же, он потух у меня в руке! — подняла она голос. — Он же светится только у небесных всадниц, а единственный парень, у которого это могло произойти, давно уже…
И тут её осенило. Осенило настолько, что в первое время она могла только тыкать в меня ошарашено пальцем, не в силах произнести ни слова.
— Ты же… ты же… Твою мать, да ты же… ты Самсон! Самсон фон Хертвёрд! Единственная небесная всадница — мужчина которого считали погибшим восемь лет назад! — она одной рукой схватилась за голову. — Быть не может, ты же Самсон! Тот самый Самсон, которого все искали! Ты же… ты же должен быть мёртв!
— Это не я, — тут же ответил я первое, что пришло в голову.
— Да как же! Вот почему я тебя не смогла убить! Ты тоже небесный всадник! Вот отчего ты такой сильный и быстрый!
Она отшатнулась, зацепив тело, и той слетела перчатка с железным грохотом, прокатившимся о залу, упав на землю. На мгновение мне показалось, что из-за этого гул даже стал громче, неприятно пошевелив мою чуйку. Как бы мы спящий вулкан сейчас нахрен не разбудили чего доброго или чего похуже.