Используя это, Кай изнутри дестабилизировал структуру оболочки, что позволило стенкам распасться почти сразу.
Сверхплотная энергия хлынула в его тело, тут же поглощаясь организмом для самовосстановления.
— Не сбежишь! — крикнул Киян, который даже не удосужился вытащить меч из стены, а просто разрезал её своей силой. — Незримое рассечение!
Каю пришлось стремительно развернуться. Видимый лишь его глазам удар почти достиг своей цели.
Влив как можно больше силы в меч, Кай трансформировал её всю в энергию меча и взмахнул перед собой, не успевая уклониться.
Две атаки столкнулись.
Мощь незримого рассечения грозила вырвать клинок из рук, а по лезвию побежали мелкие трещины. Но Каю удалось выстоять, разбив способность системного оружия.
Однако осколки разрушенной атаки превратили одежду парня в лохмотья, оставив многочисленные болезненные порезы на теле.
Вот только Киян не ринулся вперёд, когда Кай остановился. Вместо этого аристократ остался на месте, направив клинок на противника. По центру, вдоль всего меча, пробежала длинная оранжевая линия.
Подымаясь от гарды к острию, она выплеснулась в воздух, формируя на конце оружия маленький шарик, который быстро увеличился до размеров детского кулачка.
Эта сфера целиком состояла из пламени.
— Пора кончать! — оскалился Киян. — Узри силу семьи Йони, Технику Огненного Наказания!
В глазах Кая это выглядело невероятно. Это не трансформация энергии. Внутренняя энергия Кияна осталась нейтральной, но пламя появилось по другой причине.
Маленькие потоки энергии формировали тысячи нитей, сплетавшихся в особый узор, создавая полоску на клинке. А вслед за этим расходились в воздухе, образуя оболочку сферы, а затем и её внутренность.
Всё это делалось по четко структурированной схеме, в заранее определённом порядке, формируя разнообразные фигуры и знаки.
И хотя оно сильно отличалось, Каю кое-что напомнило.
Он видел нечто похожее во время взмаха Яфрена деревянным клинком год назад.
Выполнение техники Земного ранга подражало законам!
А в данном случае законам огня!
Озарение внезапно нахлынуло на Кая, замедляя время и приоткрывая занавесу тайн этого мира. И даже кажущееся бессмысленным называние техники оказалось объяснимо. Ведь как только Киян выкрикнул последние слова, поток энергии стал более организованным и точным, что привело её в боевую готовность. Произнесенное название улучшило концентрацию в мозге и отразилось на технике.
То же самое происходило, когда Киян говорил «Незримое рассечение». Только в этом случае сам символ на клинке создавал технику, но, будучи связанным с разумом Кияна через энергию, мог активироваться в нужный момент благодаря фразе.