Саша с радостью посещал со мной плановые УЗИ. Поначалу он ничего не мог понять на экране, а, уже разобравшись, еле сдерживал эмоции, глядя в экран. Для меня его искренность была самым главным. Наконец он любил по-настоящему и не стеснялся показывать свои чувства другим.
Мой горячо любимый муж претворил в жизнь все то, о чем я мечтала. Во-первых, мы повенчались. Во-вторых, Саша юридически меня защитил от любых непредвиденных обстоятельств. Я ведь в нашем союзе более зависимая сторона, в особенности после родов. Он это понимал, поэтому очень легко переписал на меня часть имущества, да и закрепил все не только в финансовом плане, но и в самом главное – он защитил меня от своего вздорного характера. Дети, согласно договора, остаются с мамой в случае развода. Но есть серьезная пометка – я не должна препятствовать их общению с отцом, если мы вдруг решим разойтись.
– Мне конечно очень неприятно, только начав семейную жизнь, обсуждать такие ужасные вещи, как развод. Но это реально очень важно для тебя. Ты должна себя чувствовать в браке безопасно, как за каменной стеной. А не дергаться постоянно от возможности оказаться на улице и без детей. Я понимаю, что моего слова тебе уже недостаточно. И в этом именно я виноват, поэтому просто обязан доказать тебе все делом, а не словами.
– Спасибо, мне это правда важно.
– Надеюсь, ты не соберешься со мной разводиться после родов, – нежно поцеловав, произнес.
– Как знать, как знать, – подмигнула ему, а Саша сразу нахмурился.
В то утро 15 июня ничто не предвещало беды. По словам врача, мне еще можно месяца два походить до родов, а потом организм уже сам начнет готовиться к рождению малышей. Меня, правда, перспектива ходить уточкой не прельщала, но и спешить с этим делом я не хотела. Для всего свое время.
Проснувшись раньше обычно, встала с кровати и посмотрела на мирно спящего супруга. Низ живота немного тянуло. Отправившись в ванную, чтобы принять теплый расслабляющий душ, от ужаса застыла на месте, а потом закричала, что есть сил. На моем белье была кровь…
Паника стала бить так, что я чудом удержалась за дверцу душевой кабины. На мой книг прибежал Саша и сразу же вызвал скорую. У меня же слезы лились рекой. Крови не должно быть. Крови не должно быть…
У меня могли отойти воды, но не кровь. Это плохо. Очень плохо…
Лежа на каталке в машине скорой помощи, что мчала в ближайшую больницу, я рыдала. Рядом со мной были не только медики, которые аппаратом КТГ прослушивали пульс малышей, но и муж. Глядя в его глаза, искала твердости и стойкости. Но, кажется, сейчас он был напуган еще больше моего.