— Исчезло, говоришь…
Он резко подошёл к кровати, перетряхнул шкуры. Затем вышел за дверь и рявкнул стражам, чтобы те привели вчерашних служанок.
Через минуту в комнату впихнули троих прислужниц — тех самых дев, что вчера обряжали меня на пир. Две из них откровенно дрожали.
Бьёрн стоял перед ними скалой, и я заметила, как в его глазах васильковый цвет почти полностью затопило расплавленное золото.
— Кто взял пергамент? — он начал обходить их по кругу бесшумной поступью хищника. — Та, кто осквернила нанию кражей и не признается, будет проклята Аргуаром! Бог пометит воровку.
От этих слов я похолодела.
Если он увидит мою руку, он точно решит, что эта метка — кара за какой-нибудь мой грех! В Нок-таларе к любым отметинам на теле относились враждебно. Наверно, и здесь так же.
Я пониже натянула рукав и замерла, боясь пошевелиться.
— Позвольте мне поискать ещё раз? — вдруг пискнула прислужница с тонкими губами.
Она метнулась к кровати, нырнула под край шкур и через несколько минут выпрямилась, победно сжимая моё письмо.
— Вот оно! Под шкурой лежало. Госпожа, верно, сама уронила.
Врёт.
Я точно знала, что она врёт, ведь я трижды проверяла это место перед сном. Впрочем, Бьёрн тоже это знал.
Он выхватил письмо, мазнул по девице ледяным взглядом и процедил:
— У тебя отличное зрение, Висна. Настолько, что в моих покоях тебе больше делать нечего. Спускайся на кухню к своей подруге Ингрид. Поможешь ей драить котлы. Пошла вон.
Его голос, холодный и режущий, как сталь, заставил служанок буквально вылететь из комнаты.
Когда девиц выставили, тиарх обернулся ко мне и протянул мне письмо. На мгновенье наши пальцы соприкоснулись. Его взгляд медленно скользнул по моему платку, скрывшему волосы, и задержался на губах. В этой вспышке золота в его глазах я прочла нечто, от чего сердце пропустило удар.
Сегодня мы расстанемся, напомнила я себе, пряча письмо в карман.
— Одевайся, — наконец приказал драгарх, обрывая затянувшееся молчание. — Мы летим к расщелине.
Да с удовольствием!
Выдохнув, я быстро и без лишних слов утеплилась.
На сей раз мы летели вместе с тремя драгархами, которые сопровождали своего лидера мощными тенями. Полёт до разлома был настоящей пыткой. Ветер свистел в ушах, выбивая слёзы, а внизу проплывали бездонные пропасти. Пока я цеплялась за мощные, чешуйчатые лапы Бьёрна, молила Аргуара лишь об одном: найти мертвий и сегодня же вернуться к сестре.
Как только мы приземлились на снежную площадь и Бьёрн привычно привязал меня к себе, я сразу бросилась вперёд по нашим вчерашним следам. Бежала первой, скользя по обледеневшим камням и совершенно не чувствуя холода, пока не замерла у входа в ту самую расщелину.