— Я поехал, — сказал он Артему.
— Я позвоню, — отозвался тот.
Вот теперь настало время для полноценных боевых действий. Мы оба стояли друг напротив друга и сжигали один другого взглядами. Только от этого ничего не менялось.
Нужно учиться разговаривать.
Я прикрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов-выдохов.
Когда открыла их снова, мне и правда сделалось легче.
— Артем, ты сорвал деловую встречу. Теперь человек, с которым я встречалась, будет с полным правом утверждать, что я — безответственная особа, которая испортила ему переговоры, сорвала контракт и что-нибудь еще в том же роде.
Получилось очень некрасиво. Но я вместо дальнейших переживаний о судьбе едва знакомого предпринимателя тихо спросила:
— Где ты был? — я вложила в эти три слова, всё, что чувствовала. Когда он пропал на долгие месяцы, когда не написал мне ни слова, когда не появился вместе со своей семьей, даже не передал мне через них ни единой весточки. Как же всё это было для меня тяжело! Никогда не думала, что моя любовь будет настолько болезненной. Что вместо радости она будет дарить постоянные переживания…
Артем долго вглядывался в мое лицо, прежде чем ответить. Я почти перестала надеяться на ответ.
Но услышала его.
— Я был в тюрьме, Саш.
— Как — в тюрьме? — практически прошептала, — Матвей же сказал, что ты улетел в Австралию… Он меня обманул?
У меня потемнело в глазах. Я пошатнулась, Артем меня поддержал и повел к своей машине. Открыл дверцу, усадил в салон, достал бутылку с водой и протянул ее мне.
— Выпей. Сделаешь несколько глотков и полегчает.
Я последовала его совету.
— Матвей тебя не обманывал. Он действительно посадил меня на самолет в Австралию. Который туда не долетел. А приземлился в Индонезии. С наркотиками в моем багаже. Всё это время я сидел в индонезийской тюрьме. И позвонить тебе не мог. А дозвонилась ты мне тогда, когда я из нее сбежал. То есть непосредственно во время побега. Разговаривать было не слишком удобно.
До меня, наконец, дошел весь смысл того, что он мне рассказывал. И я позорно разревелась. От того, что могло с ним случиться. Плакала я некрасиво — громко рыдала, хлюпала носом, размазывала тушь. И цеплялась за Артема.
Зато в голове прояснилось. Не важно, будет ли этот мужчина со мной или выберет другую девушку, это все на самом деле — не важно. Главное для меня (так, кажется будет всегда), чтобы с ним всё было в порядке. Такого я не чувствовала к Артему никогда. Чтобы вот так — без условий. Только его жизнь и благополучие имели и имеют для меня значение.
Всё время моего плача Ярославны Артем меня терпеливо успокаивал.