Честно признаться, после увиденного у меня кусок в горло не полез, я сразу подумала, как же нам повезло, что эти существа удивились странному поведению незваных гостей. А вот Сэвери оказался более толстокожим, с аппетитом умял выделенную нам порцию, и я посчитала это хорошим знаком. Кто знает, вдруг бы зубастые хозяева обиделись, откажись мы оба от угощения?
— Спасибо, — поблагодарила и его, и драконов. — А теперь, если вы не против, давайте поговорим о ваших детях. Сколько яиц у вас украли?
Самочка сразу как будто бы потускнела и стала меньше размером, словно сжалась. При виде её горя на сердце стало так тяжело, что было трудно дышать.
«Два», — ответил за неё дракон.
«И ещё один мой ребёнок не в этом мире», — печально добавила его супруга.
— Ещё один ребёнок пропал? — нахмурилась я. — Итого у вас украли три яйца?
«Инрика — моя старшая дочь», — возразила драконица.
— Вот как? — изумилась я и обрадованно вскочила. — Так значит это вы родители Ирочки и моих крошек⁈ Поверить не могу!
«О чём ты, маг?» — прижимая к себе супругу хвостом, насторожился дракон.
— Ох, ну это я её так назвала… Инрика, конечно! Ваша милая девочка. Красивая и умная! В маму и папу…
Я едва переводила дыхание от охватившего меня счастья. Вот так нежданно-негаданно я отыскала родителей моих милых девочек. И пусть сердце тронула грусть от скорого расставания с моими любимыми девочками, я была готова смириться с этой потерей. В конце концов, подобных печалей за мою жизнь выпало немало.
Сначала к деткам прикипали все, кто приходил в приют. За небольшую зарплату были готовы работать лишь те, кто переживал за сирот и хотел сделать их жизнь чуточку радостнее. Но дети вырастали и покидали дом, чтобы обустроить свою жизнь, а многих усыновляли задолго до этого дня.
В итоге только полюбишь маленького человечка, как он уже исчезает из твоей жизни. Это больно, но так для ребёнка лучше. Кто-то закрывал своё сердце и, чтобы не испытывать подобных чувств, начинал относиться к детям холоднее.
Я же не смогла так, раз за разом отпуская в мир тех, кто стал мне по-настоящему дорог, всегда переживала за них и тосковала. Тем радостнее было читать их письма и знать, что мои крошки стали хорошими людьми.
«Вообще-то Инрика…» — начала было самочка, осеклась и виновато покосилась на дракона.
«От другого, — спокойно закончил тот за супругу и, расправив крылья, нежно приобнял ими свою самочку, успокаивая её. — От человека из другого мира. Неведомая сила перетянула мою Клеену через Грань, а когда моя пара вернулась, то вскоре родилась Инрика. Это болезненная история, но я всегда считал себя настоящим отцом девочки, потому что искренне любил её мать и никогда не действовал против её воли».