Прищуриваюсь, внимательно рассматривая мужчину. Точно не местный. Наш пригородный коттеджный комплекс не такой большой, и, работая в единственной кофейне, я знаю почти всех жильцов. Ну правильно, зачем Агате местные дядьки? Она себе городского любовника подцепила. Смотри, какая беспринципная, притащила его сюда, даже не стесняясь. От злости сама не замечаю, как начинаю натирать барную стойку сильнее, хотя она и так чистая.
Если быть объективной, мужчину Агата подцепила статного, высокого, широкоплечего, весь такой холёный и ухоженный. Шатен со щетиной на брутальной челюсти. Свитер кипенно-белый, брюки отглажены, ботинки начищены до блеска. Он такой харизматичный и обаятельный, что становится противно и очень обидно за папу, который до болезни тоже не уступал этому мачо во внешности. И безумно досадно, что обаятельность шатена срабатывает даже со мной, производя впечатление. Таких мужчин и правда не найти в нашем поселке.
— Осматривайся, Андрюша, — строит глазки Агата. — Я на минутку.
Гиена уходит в туалет, а Андрюша, здоровый детина, подходит ко мне и внимательно осматривает, стреляя цепкими карими глазами, чем злит ещё больше.
— Добрый день, — улыбается он мне.
А я поджимаю губы, даже не думая здороваться с этим человеком. Пусть Агате строит красивые глазки.
— Какой кофе можете посоветовать? — опускает взгляд на мой бейдж. — Настенька, — говорит он, включая обаятельную улыбку.
— Анастасия, — строго поправляю его. — И вам я ничего посоветовать не могу, — отворачиваюсь, начиная протирать кофемашину.
— Неудивительно, что дела в вашей кофейне идут плохо, — холодно произносит он. — При такой рентабельности квадратного метра и среднем чеке вы держитесь только на энтузиазме. А он, как известно, имеет свойство заканчиваться.
— А я отлично отношусь к гостям! — выпаливаю, резко разворачиваясь. Настолько резко, что моя же коса бьёт меня по лицу. — А вот к любовникам замужних женщин – нет! — добавляю. — И клиентов у нас много, и все возвращаются! — упираюсь руками в бока.
— И много у Агаты любовников? — усмехается мужчина.
— Не знаю и знать не хочу. Когда её муж узнает, он… — замолкаю, поскольку Агата выходит из туалета и, сверкая винирами, направляется к нам. Вся такая деловая, в своём идеальном строгом бордовом костюме, стучит каблуками, портя наш пол.
Пять лет…. Пять лет я пыталась понять, что папа нашёл в этой высокой, худощавой брюнетке с ехидными глазами, полной противоположности моей хрупкой мамы-блондинки.
— Настя, сделай нам кофе, — отдаёт мне приказ Агата тоном начальницы. — Андрей, пойдёмте за столик, — кивает на места у окна. — Ну, ты сам всё видишь, — окидывает она зал рукой. — Сплошная безвкусица, — цокает Агата, садясь в кресло, которое ей отодвигает Андрей. Смотри, какой тошнотворно галантный.