– Твой суженый в любой момент раскидает здесь всех и спасет тебя, леди. Не нагнетай.
– И впрямь, любовь моя, давай посмотрим на справедливый суд, – усмехается дракон.
Ему почему–то смешно от ситуации, но я не разделяю веселья.
– Давайте смотреть на суд! Кажется, вы оба повредились головой за время наших странствий, раз никак не можете остановиться. И у меня помутился рассудок, когда я согласилась на эту авантюру! – возмущенно всплескиваю руками. – И уберите вы от меня ваши копья! – поворачиваюсь к туземцам. – Никуда я не уйду! Стыдно должно быть от того, что тычете ими в даму!
– Ты не дама! Ты падшая женщина! Приворожила его, – они дружно кивают в сторону Александра, – заставила осквернить наш лес актом плотской любви, а теперь еще споришь!
После этого заявления у меня пропадает дар речи, я безмолвно открываю и закрываю рот в возмущении. Но уже в следующую секунду оскорбившие меня лежат на земле и корчатся от боли. Не понимаю, что с ними происходит, пока не подходит дракон и не наклоняется к четверым пострадавшим.
– Эта девушка – моя невеста, а не падшая женщина. Еще раз что–то неуважительное скажете в ее сторону, и быстрая смерть покажется вам благодатью по сравнению с теми муками, какие вас настигнут благодаря мне. Ясно?
– Д–да, – сквозь зубы произносит один из четверых, с трудом превозмогая боль, чтобы выразить свои мысли, – п–прекрати, п–прошу.
– Господин, не нужно злиться, – к Александру подскакивает вождь племени, – мы неправильно поняли друг друга. В конце концов, вы ничего плохого не делали! А мы так сразу неуважительно.
– Значит, осквернили лес актом любви, да? – в глазах Даниеля пляшут смешинки. – Вот как у нас нынче развлекается аристократия, – он качает головой. – А я–то, наивный, думал, что у вас все красиво должно быть, все по регламенту, на шелковых простынях и только после заключения брака. А оно вон оно как!
Маг продолжает свою издевательскую речь, а мои эмоции наконец–то находят выход: делаю шаг к Даниелю и со всей силы отвешиваю ему банальную затрещину.
– Следи за языком! – произношу и гордо вздергиваю подбородок. Вокруг нас наступает тишина, все вокруг смотрят с недоумением и, наверное, не знают, как реагировать на произошедшее. – О, великий мудрец–прорицатель, – добавляю, слегка кланяясь.
Удивительно, но это разряжает общую обстановку.
– Любовь моя, ты неподражаема, – Александр притягивает меня к себе и нежно целует в макушку.
И тут вся деревня словно по команде приходит в движение. Все разом начинают говорить, двигаться, вспоминают о своих делах, какими были заняты до того, как отвлеклись на наше представление. Рядом с нами остается лишь вождь племени с двумя своими воинами.