Лазерное наведение ракет — штука безусловно хорошая, но даже для такой крупной цели, как военный корабль на расстоянии в пятнадцать километров лазер уже сдаёт свои позиции. Что и подтвердили две следующие ракеты, ушедшие в «молоко». Всё. Плацдарм отстрелялся. Больше ракет у них нет.
Как бы то ни было, а французы шарахнулись в сторону моря.
«Кагеро», дождавшись нужного ему ракурса кораблей, высунулся из-за острова и послал в их сторону шесть торпед. Они у него очень дальнобойный и быстроходные, и что характерно, умеют сами искать цель.
После этого, японский эсминец пыхнул факелами над трубами, врубая форсаж, и начал быстренько тикать.
Вид убегающего противника всегда возбуждает.
— Утопить засранца! — примерно так можно было прилично перевести тираду французского флотоводца.
К чести французов стоит признать, что они понимали, что догнать и утопить «Кагеро» могут только два их самых быстрых корабля.
Соответственно, они и бросились в погоню.
К сожалению, на одну из тех двадцати морских мин, которые у нас были с собой, и мы ими перекрыли довольно узкий пролив между островами, нарвался лишь второй эсминец.
Первый таки проскочил и пользуясь преимуществом в скорости, уже готовился покарать дерзкий «Кагеро».
Помешала ему не совсем приятная неожиданность.
Ну, а как ещё можно назвать тяжёлый броненосный крейсер, который только что вышел из-за следующего острова и сделал первый предупредительный выстрел, положив свой шестидюймовый снаряд буквально в пяти метрах по ходу эсминца?
К чести французов стоит признать, что им потребовалось всего лишь десять минут, чтобы определиться с выбором.
Кстати, там всё было просто — или пойти на дно, или сдать исправный корабль.
Правильному решению поспособствовали некоторые предыдущие события. Шесть торпед, выпущенных «Кагеро», нашли свои цели, что и не удивительно.
Японцы за эти годы провели десятки стрельб, доводя свои торпеды до идеала, бессовестно используя то преимущество, которое им дали мои техномаги.
К сожалению, сразу четыре выпущенные торпеды почти разом пришлись на французский флагман, превратив его в пыль и молекулы.
Я лишь поморщился, оставив без комментариев переизбыток очень дорогих торпед на одну цель. Глупым торпедам не объяснишь, что не стоит им всем сразу выбирать наиболее шумную цель — это наша недоработка, которую надо будет исправлять.
Зато две другие врезали нормально. Одна эсминец порвала вдребезги, а вторая привела один из французских крейсеров в нерабочее состояние, мало совместимое с дальнейшим ведением боевой деятельности. Он ощутимо прилёг набок. Там сейчас весь его экипаж борется за выживание, не помышляя ни о чём другом.