С этой же стороны, становится понятна и реакция комитета — при первых предпосылках того, что этот самый противоракетный щит СССР под угрозой, они больше не уделяют этому такого пристального внимания. Хотя прошло чуть больше года с тех пор, как станция встала на боевое дежурство. Видимо, наверху уже приняли решение, что игра не стоит потраченных на нее ресурсов. Даже сам Черненко оказывается бессилен и все, что ему остается, так это проводить операцию в «тихую». Выходит, слух о климатическом оружии остается открытым…
Знания о будущем, точнее о прошлом, но из моего времени, давало мне больше возможностей, чтобы понимать суть происходящего. Принцип раннего обнаружения действительно морально устарел — ему почти пятьдесят лет. Помниться, что уже в восемьдесят восьмом от нее решили отказаться. Сейчас происходит то же самое. Ему на смену готовилось что-то другое, правда, об этом направлении я вообще ничего не знал.
Тьфу, голову сломать можно, насколько все запутано. Эти чертовы политические интриги, не для меня. Не хочу я во все это вникать, но разве у меня есть выбор?
Хорошо еще, что Андрюха Петров оказал мне поддержку в таком нелегком деле. Правда, обсуждать с ним эти моменты наверное, пока не стоит. Ведь он, в конце-то концов, не ставил перед собой глобальной задачи, в отличие от меня. Если бы он не согласился мне помочь во всем этом деле, четвертый энергоблок на электростанции уже превратился бы в памятник под саркофагом.
Я съездил на железнодорожную станцию Янов и взял билет на поезд. Билет был только на завтра и честно говоря, уезжать мне совсем не хотелось. Не было никакого смысла ехать в Николаев. Зачем Черненко меня туда отправил?
Он мужик умный, предусмотрительный.
Может быть, он что-то заподозрил?
Я не до конца понимал, что задумал Курсант. Что это за игра такая? Зачем нужно было так рисковать? Нет, тогда то я был с ним полностью согласен, но сейчас то ли здравый смысл включился, то ли еще что…
Ближе к обеду раздался звонок.
Я уже понимал, кто именно звонит. Именно поэтому трубку взял в негативном ключе, готовясь к худшему.
— Да?
— Алексей, я хочу встретиться!
— Павел Сергеевич? — удивился я, узнав голос товарища Иванца. — Откуда у вас мой номер?
— Неважно. Полагаю, мои опасения сбылись?
— Да… — я не стал темнить.
Иванец опытный сотрудник КГБ с большим стажем, но вместе с тем он мутный человек, со своими тараканами. Он всегда изворачивается, скользкий как угорь и при этом, прекрасно подкован информационно. Правда, «крота» в лице капитана Пономарева, как и Алексей Владимирович, он тоже профукал…