Заинтересовавшись, я внимательно слежу за этими существами. Они заходят в город, останавливаются в самом центре и чего-то ждут. Городская суета ни на секунду не прерывается. Значит, это частые и понятные гости. Спустя пару минут к ним подходят несколько мелких бесов, забирают ящик и взамен, выводят четверых человек в цепях с мешками на головах. Зачем мешки, они ведь уже буквально в аду?
Фигуры в плащах забирают людей и выходят из городка. Мне нужно следовать за ними. Одним из этих пленников, вполне может быть и граф Волконский. Не спеша, я иду по верху холма, обхожу его и пригибаясь, иду за фигурами.
Вскоре, я вижу подходящее для нападения место. Два черно-красных холма, между которыми можно пройти только вдвоем. Союзников у меня здесь нет, разве что, только Сехмет. Но она ворчит и не хочет вылезать из моей души, а значит, это враги. Я мог бы поговорить с ними, но видел, как они обращаются с пленниками. Одно из существ пнуло пленника и вдруг, впилось ему в руку, высасывая кровь. Именно поэтому, говорить с ними будет Нарезатель.
Я догоняю непонятных существ и бью молнией в двух задних. При одном лишь прикосновении моей молнии, оба существа вспыхивают и визжат так, что у меня закладывает уши. Последнее время у моих врагов привычка верещать на ультразвуке. Почему нельзя подыхать тихо, спрашивается? Обязательно надо орать им!
Чёрная молния впивается в двух следующих. Но они уже стоят под прозрачным защитным куполом и моя молния бессильно натыкается на защиту.
Приходится идти в рукопашную. Нарезатель в руке пробивает их защиту. С одного из существ слетает капюшон и я вижу под ним очертания человеческого тела. Замотанные в грязный саван, от ног до головы, на которой есть отверстия для двух глаз и непропорционально большой клыкастой пасти.
— Штооо тыыы? — шипит одно из существ.
Разговаривать с этим ужасом у меня нет никакого желания, а потому, я бью их молниями. Существа вспыхивают и сгорают. Я добиваю оставшихся. Это не доставляет никаких сложностей. От молнии каждый вспыхивает как спичка.
Я подхожу к людям с мешками на головах. Сдираю мешок с первого и отшатываюсь назад. С человека, уже преклонного возраста, срезан скальп. Он поднимает на меня глаза, в которых царит безумие. Он шепчет.
— Добей! — умоляет он.
Я решаю не спешить и пока что, игнорирую его просьбу. Подхожу ко всем остальным, сдираю мешки с них и вижу везде одинаковую картину. Старики. Измученные, без скальпов. У двоих нет носов и у всех четверых нет ушей.
Ужасающая картина заставляет меня поморщиться. Подарить им милосердную смерть, наверное, было бы правильным решением, но у меня из оружия только Нарезатель. Он уничтожит их ауры и они больше никогда не смогут переродиться.