Увидела его и сердце остановилось. И вдруг забыла, куда шла. А он стоял ко мне вполоборота, зажимая плечом телефон, и смотрел вдаль.
Мне дышать тяжело. С плеч рюкзак сняла и в спешке принялась искать баллончик с лекарством. Глубокий вдох. Ещё и ещё. Из лёгких вырвался свист, но я сжала зубы и с трудом продолжила глотать воздух. А потом я в себя пришла. Ну и что такого случилось? Подумаешь, увидела его. Он же не фильм ужасов, чтобы пугаться до чёртиков и хвататься за баллончик, купирующий приступ астмы.
Головой качнула. Тщетно. На подкорке всё. Не прогнать! И та фраза, выученная наизусть, как на репите, крутится и крутится:
«Мы не предохранялись, поэтому лучше купи в аптеке таблетки».
Взгляд бросила на иномарку, возле которой он стоял. Красивая и дорогая – мы с сыном на таких не ездим. Решительно шагнула вперёд и, опустив голову, мимо прошла. А он в упор меня не видит или просто не узнает. Два года почти прошло. Он мог забыть: меня, мой голос, моё имя.
И я не хочу, чтобы он меня заметил. Только не сейчас, когда на мне обычные потёртые джинсы и белая футболка – всё куплено в секонд-хенде. А ещё волосы собраны на затылке в дурацкий пучок, я без макияжа и, о боже, на мне большие очки в металлической оправе. Я выгляжу не стильно, скорее, дешёво. В принципе, меня это никогда не парило, важнее, чтобы у сына было всё, но сейчас я реально стесняюсь.
– Женька, – неожиданно пронеслось, когда я поравнялась с иномаркой.
Чёрт…
Узнал.
Какой ужас!
– Привет! – подошёл ближе, завершил звонок и, сунув мобильник в карман, продолжил говорить, будто мы старые знакомые, которые давно не виделись. – Ты изменилась. Я не узнал тебя.
У него красивый баритон с хриплыми нотками. Я даже заслушалась, не обращая внимание на участившийся пульс, который в этот момент тарабанил где-то в висках.
– Ты куда бежишь? К Машке?
– Да.
– Садись. Подвезу.
Я не пошла за ним следом. На месте застыла, как вкопанная. Разглядывала его со спины, делая про себя отметки, что в плечах ещё шире стал, подкачанный. Видимо, железки свои не переставал тягать всё это время, что мы не виделись. А я тоже спортом занималась, если можно так сказать. Тимофей бутузом растёт, плюс коляска у меня совсем нелёгкая. Вот и силовые упражнения на каждый день.
– Жень, ну ты чего? Садись.
– Спасибо, я пешком. Мне ещё в один магазин нужно заскочить.
– Так я подвезу. Не проблема же.
Он принялся улыбаться, обезоруживая меня полностью. А мне так захотелось сбить с него спесь: наговорить кучу гадостей и швырнуть в лицо деньги, те самые, что оставил мне после проведённой вместе ночи. Я же их так и не потратила, хотя было пару моментов, когда очень не хватало на жизнь. Вот буквально недавно Тимофейке на кашу. Тогда бабушка добавила, а мне стыдно было в очередной раз. У бабушки пенсия смешная, а тут ещё я со своим ребёнком.