Получилось очень плохо. Среди рощ и на складках местности люди банально заблудились. «Сотня» Фрозена застряла через пару километров. Леонхарт действовал решительнее — но он бросил свои повозки с походными кухнями. Рыцари вообще рассыпались по местности, как выпущенные на свободу кошки — некоторые прижимались ко мне, другие умчали вдаль. Охотиться. На местную дичь, надеюсь. До сих пор еще в лагерь приходили отбившиеся. И всадники, и пешие.
Я убедился — провести армию десяток километров по не накатанному телегами направлению, а по каменистым холмам с густыми фруктовыми рощами, заболоченным низменностям и явно враждебными местными жителями — можно. Но для этого мне потребуются дисциплина, и офицеры. Хорошо бы, ещё компас и карты для каждого офицера. Легче проложить новую дорогу в обход Вириина. А на это у меня не было времени. К тому же, люди стали подъедать запасы, следовало немедленно чем-то разжиться. К счастью, посол пришел во время. Я уже составил план и был готов дать битву на следующий день. Осталось только поделиться этим планом с остальными. И переломить об колено их возражения.
Уловка
— Вы были правы, сеньор Магн, — сказал Фрозен.
Сначала я машинально цапнул себя за тыльную сторону ладони, чтобы ущипнуть. Реакция на лесть, приемчик подсказанный женой, щипать себя всегда, когда тебя кто-то хвалит — въелась в привычку. Вместо этого латные рукавицы звякнули сталью. И только после этого я с удивлением посмотрел на своего сотника. Раньше я его в льстивых речах не замечал. Фрозен встретил мой взгляд спокойным, хоть и хмурым, взглядом из под широких полей пехотного шлема. Он стоял на большом камне, я сидел на Коровке, так что наши глаза были почти на одном уровне. Фрозен кивнул в сторону Тростниковой ложбины:
— Это и в само деле нужно было поручить Леонхарту. Не мне.
Я кивнул. И неожиданно брякнул:
— Послушайте, сер Фрозен, вам не жарко в шлеме?
Пехотинец растерянно посмотрел на меня. Оглянулся на жмущихся в стороне своих людей. Пожал плечами. Коснулся пальцами стальной шапели и по железу поползли узоры инея.
— Так то да, жарко. Сеньор Магн. Но да я привычный. Да и охладить могу. Хотите, и вам слегка доспехи подморожу?
Свита за моей спиной притихла, только Сперат не напрягся. Он уже слишком хорошо меня знал. И знал, что неуклюжие слова Фрозена, которые в довольно надменной среде аристократов легко принять, при желании, за грубость, меня из себя не выведут.
Я рассмеялся:
— Пожалуй, откажусь.
Вообще, конечно, слегка грубоватое у него со мной общение. Может стоило и одернуть Фрозена — по неписаным законам ему следует то, что внимать моим желаниям, а вообще не отсвечивать. Но я не хотел. Настроение было хорошее. День начался с пожаров и разбоя, но в этот раз именно я их планировал.