На кухне меня ждал большой бокал черного крепкого горячего чая. Я глотнул. Всё-таки последствия от лечения, точнее, расхода энергии были. Руки слегка подрагивали, хотя… В принципе, энергии я потратил не так уж и мало. Сам не заметил, как. Необходимо поработать над самоконтролем расходования запаса сил.
Чай меня взбодрил. Я встал.
— Поехали? — обратился я к Денису. — Ты обещал…
Спускаясь вниз по лестнице, я задумался: почему у бабки во время рассказа про квартиранта, снимающего комнату, были желтые всполохи в ауре. Почему она меня хотела обмануть?
— Ты не знаешь, почему комната закрыта? — будто невзначай спросил я Устинова, когда мы уже выезжали со двора.
— Да хрен его знает! — бросил Денис. Аура у него была чистой. Не врал. В чём же дело?
Глава 23
Чудеса от Колдуна
Как только за Устиновым захлопнулась входная дверь и щелкнул замок, в зал из закрытой комнаты стремительно вошли, почти ворвались полковник Зотов и начмед Зуйков. Дед встретил их, сидя на диване, с хмурым взглядом. Начмед сразу же раскрыл чемоданчик, доставая стетоскоп и аппарат для измерения давления.
— Лежите, Борис Михайлович! — приказал он, надевая ему на руку повязку. Дед послушно лег. Начмед измерил давление, послушал сердце, пульс, озадаченно стянул стетоскоп. Он посмотрел на Зотова, развёл руками.
— Ну? — нетерпеливо поинтересовался полковник.
— Мля… — выдал оторопело начмед. — У него, — он ткнул рукой в деда, — сердце работает, как у молодого пацана… Я не понимаю. Надо бы, конечно, кардиограмму снять для полной картины.
— Может, всё же стоило парня поблагодарить? — влезла в разговор старушка. — Неудобно как-то получилось…
— Лидия Ивановна, — жёстко оборвал её Зотов. — Вам отработали линию поведения, как можно меньше контактировать с объектом. Вы всё сделали, как надо. Спасибо.
— Спасибо парню, — выдал дед, поднимаясь с дивана. — Он ведь не только мне сердечко подправил. Суставы не ноют. Брюхо не болит! Не по-людски это, не поблагодарили даже!
Он прошелся по комнате, присел, звонко хлопнул ладонями по бедрам:
— Мать, доставай бутылку!
— Потише, скаженный, — буркнула старушка. — Разошелся…
И украдкой стерла набежавшую слезу.
— Борис Михайлович! — обратился к деду Зуйков. — Завтра прямо с утра ко мне в поликлинику. Ясно?
Дед пожал плечами:
— А зачем?
— Это приказ! — поддержал его Зотов. — Мероприятия еще не закончились.
— Ладно, ладно, — дед выставил вперед ладони. — К 9.00 у вас, как штык.
— Именно! — подтвердил начмед.
— И еще, — многозначительно заключил Зотов. — Напоминаю вам еще раз, чтобы никому… Включая наших сотрудников. Никому ни слова.