1 Августа 1894 года.
Среда
Стольный град Костромской Губернии — город Кострома.
Голос служителя что, наверное, видел множество и таких моментов тоже вывел его из транса, в который впал Белов. И подтвердил ту догадку верить в которую Алексей даже боялся сейчас.
— Ваше благородие золото и вода, при должном стремлении то и до Магистра развить сможете. А жизнь не больше Мага, наверное. Ну с воздухом думаю возиться смысла особого и не будет. Дальше Адепта судя по всему и не пройти.
Алексей неверующе смотрел на опешившего от такой реакции служителя и смог лишь произнести хриплым голосом — Я Маг?
— Маг Ваше Благородие. Маг — как же иначе, вот же всё видно хорошо — удивленный до нельзя служитель смотрел теперь на Белова как на больного что отрицает очевидное. Что солнце — это тепло. А вода мокрая. И теперь стало очевидно и Белову, вместе с поднимающейся изнутри волны какой-то безудержной радости. Он Маг!
Служитель тем временем отвёл в соседнее помещение пребывающего в эйфории от произошедшего Белова и при этом настолько погруженного в свои радостные ощущения, что парень шел за этим повидавшим множество разных ситуаций служителем, не обращая в первые минуты ни малейшего внимания на то куда они идут.
Наконец немного ироничный голос служителя вывел Белова из транса, и он удивленно осмотрелся вокруг себя. Помещение куда его привели ничем не отличалось от рабочего кабинета какого-нибудь клерка. Рабочий стол с приставленными к нему двумя стульями с мягким сидением, пять огромных шкафов с множеством ящиков каждый. Вот в принципе и вся обстановка. Не считая огромного окна, позволяющего кабинету утопать в свете дня.
— Ваше Благородие. Нам необходимо заполнить бумаги, дело буквально десяти минут, но тут уже ничего не попишешь — такова процедура.
Служитель, которого только сейчас Алексей удосужился рассмотреть с извиняющимся тоном объяснил ему причину их нахождения здесь. Судя по его обращению, мужчина был не дворянином и это как раз то и было самым странным во всей этой ситуации — работа в Магической Канцелярии, с магией и дворянами для не благородного сословия могла стать не совсем безопасной. Хотя с другой стороны такое решение было вполне логичным, служащие, не относящиеся к дворянству кроме своего более низкого положения перед дворянами, имели одно неоспоримое преимущество в глазах государственных органов. Они не состояли в каком-либо роду, были людьми государевыми, под полной защитой Империи и её законов.