— Никак нет, товарищ гвардии полковник, — ответил Немиров. — С сорок второго по сорок третий командовал 11-м танковым батальоном.
Соснов пролистал личное дело и нашёл нужное место.
— Это хорошо, что командовать умеешь, — произнёс он после недолгого чтения. — Понятно всё с тобой. Танкист — это хорошо, выёжистый — плохо, боевой опыт имеешь — хорошо, руки почти нет — плохо. Пятьдесят на пятьдесят, выходит…
Он вновь поморщился от боли и приложился к фляжке.
— А я уж было обрадовался — танкиста прислали… — выдохнул он, после чего увидел что-то необычное в личном деле. — А это что?
Немиров прищурился и разглядел в личном деле предмет интереса командира.
— Так точно, товарищ гвардии полковник, — ответил Аркадий. — С японцами воевал в тридцать шестом.
Полковник слегка удивился и вчитался в текст. Видно, что читать ему тяжело — вероятно, пострадал от близкого прилёта.
— Ты ж тогда старлеем мог быть, как максимум, — озадачился полковник.
— Так точно, — ответил Немиров.
— Хм… — полковник Соснов хотел почесать затылок, но вовремя сдержал это опрометчивое действие. — Интересно. И как же так получилось, что тебя, боевого офицера, с «Отвагой», в запас с отрицательными мотивами?
— В личном деле… — заговорил Аркадий.
— Заладил, — проворчал полковник и взглянул на его личное дело, а затем вновь поднял взгляд. — Мне лучше от тебя услышать, чем эту казёнщину читать. Что за человек ты — вот что хочу понять!
— Нормальный человек, товарищ гвардии полковник, — пожал плечами Немиров. — Ударил начштаба полка по причине личной неприязни.
— Морда его не нравилась? — усмехнулся Соснов.
— Никак нет, — ответил Аркадий. — Вследствие высокого психического перенапряжения не смог себя контролировать и ударил вышестоящего начальника.
— Казёнщину тут мне не разводи, капитан! — начал раздражаться полковник. — За что бил морду этому… как его…
Он заглянул в личное дело Немирова.
— … подполковнику Прохорову? — поднял он взгляд на капитана.
— Один раз только ударил, — поправил его Аркадий. — Уже после боя под Анивой — я там полвзвода оставил, а наш батальон почти весь погиб. Комбат тоже погиб — я одной неполной танковой ротой командовал. А этот… товарищ подполковник доложил наверх о достижении каких-то тактических успехов и приехал нас журить, что много потеряли, плохо отработали…
— Мотив мне понятен, — кивнул подполковник, прочитавший в этот момент заключение служебного расследования. — Ну, это хорошо, что не по пьяни или от горячего норова.
Далее он начал внимательно изучать рапорт командира полка военной прокуратуре.