Аркадий сел в свой бронированный автомобиль и поехал к следующему адресу — необходимо выступить на заседании Моссовета. Народные депутаты имеют вопросы к руководству страны — многие до сих пор не понимают, с какого рожна вообще Немиров валит свою работу на других людей.
Ответы у него заготовлены — «безошибочная воля Ленина», «историческая необходимость», «вызовы, бросаемые молодому союзу самой судьбой», «пролетарская ответственность» и так далее…
Осложняет всё то, что подавляющее большинство нардепов и функционеров правительства считает, что Аркадий на нынешней должности эффективен, поэтому надо удержать его на должности председателя СНК как можно дольше, «для общей пользы Советскому Союзу».
Только вот сам Немиров давно уже хочет вернуться к должности заместителя наркома обороны, к привычному образу жизни, с узким кругом задач.
Да, у него получилось снять с себя часть нагрузки за счёт оптимизации работы СНК и ВЦИК, но задач у него всё ещё слишком много, кое-где он банально не успевает и жертвует из-за этого работой над стратегическими проектами.
«Инсульт или инфаркт», — подумал он над единственными доступными для него исходами. — «Надо активнее расшевеливать это болото, пока не сдох. У нас мировая война впереди, а я тут тону в задачах…»
*17 мая 1929 года*
В небесах промчалось звено бомбардировщиков К-22, а Парфёнов довольно улыбнулся. Через несколько секунд на позициях недобитых федералес разорвались осколочные 1000-фунтовые бомбы.
Город Ла-Тринитария — это последний оплот федералес, возглавляемых президентом Кальесом.
У них осталось слишком мало солдат, слишком мало оружия и боеприпасов, а самое главное — у них слишком мало мотивации продолжать сопротивление.
В Мексике победили кристерос, возглавляемые бывшим соратником легендарного Панчо Вильи — Фелипе Анхелесом.
Первое, что начало новое правительство — это строительство множества церквей по всей Мексике. Считается, что все проблемы страны возникли из-за нехватки религиозности, поэтому именно эту нехватку и устраняют. Параллельно с этим, с подачи Курчевского, при новых церквях строят полноценные церковно-приходские школы, которые мало походят на ту, в которой когда-то давно учился сам Геннадий Парфёнов…
Леонид, несмотря на то, что работает ради высшей цели, является тем ещё крохобором, поэтому даже такое хорошее дело, как начальное образование, обращает себе на пользу — новая система образования предполагает, что после церковно-приходской школы, ребёнок пойдёт в специализированное училище, где, помимо слова божьего, будет углубленно постигать рабочую профессию по выбору.