— М?.., — тихо ответила девочка.
— Тогда, когда я пропал, я не в Диснейленд ездил. Эта версия была для всех остальных, — вздыхаю, — Весь год я лежал в коме.
Девочка замерла. И, мне кажется, слегка дрогнула. Я увидел, как глубоко она начала дышать.
— Звучит как враньё и отмазка… — тихо сказала она.
— Да, я знаю. Но это не враньё и не отмазка.
— Понятно, — прошептала она, — Ладно, пока.
— Ага, пока…
И на этом они ушли, а я стал дожидаться уже своих родителей, слушая агитацию Тихонова, почему нам всем стоит пойти на службу.
На этом день закончился.
Всё снова вышло хорошо. Благодаря моей силе.
Этим же вечером. Дом Синиц
иных.
Катя не хотела, чтобы её баловала мама. Она отказалась, сказав, что просто хочет домой. Поэтому, ничего не купив, ничего не поев, девочка просто добралась до поместья, как ни в чём ни бывало попрощалась с матерью, поднялась на второй этаж и, закрывшись в комнате…
Она прижалась спиной к стене и медленно проскользила на пол. Её грудь затряслась. И на всю комнату послышался тихий всхлип:
— Прости…
Она поджала она ноги и прикрыла глаза.
— Прости меня… пожалуйста, прости. Прости, прости! — повторяла она.
И не сдержавшись, тихо и почти беззвучно… Катя заплакала, осознавая весь вес и всю неправильность того, что она творила.
— Прости… Миша, пожалуйста, прости… — ревела девочка.
Никто этого не увидит. Никто об этом не узнает.
Катя проплакала совершенно одна, и на следующий день, как ни в чём ни бывало пошла в школу.
Хотя… нет. Что-то, всё же, в ней изменилось.
Европа. Утро. Полигон для магических испытаний.
Было скопировано всё.
Каменная площадь. Каменные жертвенные алтари. Выбоины для стекающей крови. Символы. Схемы. Всё. За одним лишь отличием — всего было просто меньше.
Ведь призывать будут лишь одного.
Множество людей были одеты не в балахоны и костяные маски зверей, а в обычную магическую униформу. Они стояли, готовясь к ритуалу. Точнее, они уже были готовы.
Да, было готово всё.
Император Германский без эмоций стоял на возвышенности и впервые за долгое время искренне хмыкнул. Да, даже хмыкнуть, даже дёрнуть уголок губы для этого человека уже нечто редкое и запредельное.
Всё дело в том, что Императору просто несказанно повезло. Да, именно повезло! Повезло, что Максимус, зашедший очень вовремя в палатку, успел выкрасть ритуал призыва. Повезло, что его никто не заметил. Повезло, что всё срослось.
Повезло, что монетка тогда дала чёткий ответ — Михаэль должен быть похищен.