— Кто вас послал⁈
— Я… не знаю… — всхлипнул мужик, кровь у которого побежала и из носа.
— Почему вас наняли⁈
— Не знаю…
— Ты должен догадываться!
— Да… потому что ты всем мешаешь.
— Кому⁈
— В школе. Ты исключил детей, богатых детей. Они проговорились. И они захотели тебя убить. Да… выскочка… помеха…
Я отпускаю мужика. Вряд ли он скажет что-то большее. Не думаю, что заказчики прям пришли к нему на встречу лично. Ну, а убивать его…
Стоп. Под ним тут же проросли тёмно-фиолетовые лозы и схватили за горло!
— Катя, нет! — крикнул я, разворачиваясь.
Катя, стиснув зубы, стояла всё там же, только вот пространство вокруг неё инвертировалось ещё больше. Магическая проклятая земля продолжала распространяться, и эта сила продолжала влиять на Катю. Её пробирал гнев и ярость, и я не совсем понимал, из-за чего! Ведь она должна была больше испугаться! Пришли-то не за ней!
Но факт был один — сейчас она в ярости.
— Насекомые… НАСЕКОМЫЕ! , — процедила она.
— Катя, стой. Это единственный выживший!
— Это нужно исправить , — она едва не шипела, а её голос отражался от пространства.
— Не нужно , — твёрдо сказал я.
— Но он хотел тебя убить. Хотел меня убить. Этот урод…
—̘ ̥Я̼.̬ ̱С̲к̦а̤з͉а͕л̲.̳ ̺Х̫в͔аͅт̟и̮т͉.͇
И мой третий глаз едва ли не с воплем и звоном метнулся в Катину сторону! Девочка тут же переменилась в лице, чуть отдёрнулась и едва не ахнула от нахлынувших ощущений! Она испугалась. Наверное, она почувствовала мой гнев.
Нет, это неправильно.
— Хватит, Катя, — сказал я намного тише и дружелюбнее, — Всё закончилось. Никто не ранен.
— Но… — сказала она тихо, с большим беспокойством, а инверсия вокруг неё начала пропадать, — Т-твоя рука…
Я глянул на правую руку. Да, ожог серьёзный. Не было бы в мире магии, такое было бы не восстановить — шрам на всю жизнь.
— Всё в порядке, — я улыбнулся, — До свадьбы заживёт.
Смахиваю рукой, и остатки кожи со шлепком падают на пол.
И когда за окном послышалась полицейская сирена, когда все враги лежали либо мёртвые, либо парализованные от боли сгоревшей кожи, я понял…
Всё закончилось.
Уже в какой раз мои тренировки и испытания окупились — моя сила вновь спасла жизни.
В дверь врываются полицейские. Над моей головой уже не было нимба, а третий глаз был закрыт. Всё, что говорило о том, что я принимал участие в битве — это лишь расплавленная правая рука и подгоревшая одежда.
Полицейский хмуро оглядывает трупы. У одного слетевшая кожа с лица, у другого раздробленный от колы череп, у третьего перерезанная глотка и море крови под ним, а четвёртый, однако, жив. У него всего лишь лопнули глаза, и начал вытекать мозг через уши и нос!