— Да, мы купим тебе новые краски и шарики для елки.
— Кафные?
— Можно и красные.
— А Фележа ш нами падет?
— Ты хочешь с Сережей за шариками идти?
— Дя.
— Тогда мы его с собой обязательно позовем.
Илюша очень привязался к Сереже, что одновременно и радовало, и пугало Софию. Так как она воспитывала сына, ему нужен был мужской пример перед глазами, и Сергей был неплохим кандидатом, но впускать чужого человека в их маленький мирок она не торопилась. Всегда есть опасения, что он уйдет, и причинит боль не только ей, но и ребенку. Она переживет, а вот детская нежная душа и наивная привязанность… Его итак бросили, не успел он родиться. Ни один мужчина не посмеет его обидеть. А уж претендовать на роль папы… В глазах Софии мелькнула грусть.
Я все правильно сделала. Так было лучше для всех.
И тут она почувствовала на себе чей-то взгляд. Повернувшись в ту сторону, откуда ощущалось пристальное внимание, она вся похолодела.
В нескольких метрах от них стоял он. Его зеленые глаза были прикованы к ее лицу. Они не виделись уже так давно… И София надеялась, что не увидятся больше никогда. Первое время после расставания она мониторила периодически его социальные сети, его не должно было быть в городе. Он переехал.
В горле стало сухо, а сердце отбивало барабанную дробь, она стремительно отвернулась.
Только не вздумай подходить.
Но именно это он и решил сделать. Не отрывая от нее взгляда он приближался. Как ни в чем не бывало.
— Софи?
От звука его голоса сердце замерло и рухнуло куда-то вниз. Она понимала, что когда-нибудь это возможно произойдет, что они встретятся где-нибудь случайно. Но она надеялась, что это будет не тогда, когда Илюша будет рядом. Всеми силами она хотела сохранить свою тайну.
— Демид.
Ее голос как и взгляд были холодными и враждебными. Несколько мгновений они просто смотрели друг другу в глаза. В ее душе поднималась и крепла волна ненависти и ярости. Перед ней был не бывший возлюбленный, а злейший враг, и все инстинкты говорили ей о необходимости оградить от него сына и как можно скорее.
— Мама…
Детская ручка дернула ее за рукав джемпера.
— Да, мой хороший?
— А кто дядя?
— Никто, дядя уже уходит.
Но дядя уже заметил ребенка и выражение его лица совершенно не нравилось Софии.
— А кто этот милый мальчик?
— Тебя это не касается. Иди куда шел.
Демид хоть и был подлецом, но не был глупцом. Илюша был точной его копией, и он не мог этого не заметить.
— Софи?
— Тебе здесь не рады. Не порти нам выходной. Иди.
Он бегло глянул на ее безымянный палец в поисках кольца.
— Это твой?
— Я не собираюсь с тобой разговаривать.