— Пиранья на связи!
— Твой выход! Тех, кто в синей броне, не трогай! Они — союзники! Помоги им! Твоя задача безопасность синего отряда, сделай всё, чтобы сократить потери их состава!
— Принято! — Алиса итак помнила об этом, когда Дима составлял план. Она готова ловить пули, чтобы защитить тех женщин, и сделает всё, что в её силах. Выскочив из своего временного укрытия, блондинка помчалась внутрь здания.
— Я на шестнадцатый этаж! — предупредил Димон.
— Поняла!
Юноша мчался по ступенькам, перепрыгивая их десятками. В груди горело. Организм его ненавидел. Да, собственный организм кричал этому безумцу: СТОЙ, ПАДЛА, ЧТО Ж ТЫ СО МНОЙ ДЕЛАЕШЬ, НАСИЛЬНИК!
Но Димка бежал наверх. Его сердце тарабанило, как пулемёт Гатлинга. Ноги подкашивались. Рубашка прилипла к мокрой спине. Лицо обливалось потом.
«Десятый… пятнадцатый…» — перелетал он ступени. — «Шестнадцатый.»
Удар ноги, и дверь вылетела, оторвавшись с петель. Длинный коридор. Поворот. Ещё поворот. Перед безумным взглядом открытое помещение и двое охранниц у массивных железных дверей.
— Элен! — встретила Димона одна из бойцов — Что там за шум?
На всех этажах была отличная шумоизоляция, но звуки стрельбы всё равно долетали и сюда.
— Там пиздец! Нападение! — воскликнул Димка. И сплюнул кровь. Ему снова стало хреново. Но выдержит. Он точно выдержит, даже если придётся снова прямо здесь и сейчас сражаться с той безумной касаткой. Вытерев на ходу кровь на губах рукавом, он спешил. Ему было плевать, что его сейчас могут раскрыть, до него доносились всхлипы Снежаны и приглушённые удары. Сам же гаркнул: — Я предупрежу босса! Никого не пропускайте!
Охранницы, кивнув, расступились, и юноша вбежал внутрь.
Перед глазами просторная комната. Внутри около двух десятков бандиток в костюмах. А впереди установленная железная клетка, как в тюрьмах. Снежана, прикованная к стене, стоит на коленях. Старуха Силин же только-только заносит для удара нож.
Мурашки пробежали по спине юноши. Успел. Он успел! Задержался бы хоть на чуть-чуть, и Снежану убила бы эта старая тварь. Его сердце бешено колотилось, внутри полыхала ярость. Никто не смеет трогать его сводную сестру. Никто в этом мире.
— Госпожа! — пробежал Димон мимо охранниц и забежал в клетку, пользуясь внезапностью. Да и своим загнанным, как у лошади, внешним видом. Он остановился перед недовольной Седовласой, что повременила с убийством вредной крысы.
«Вот и всё, старая, таков твой финал. Ничего великого. Ты умрёшь обычной нелепой смертью.»
— Там неизвестные, прорываются через первые этажи башни! — играл на публику Димон и, закрывая спиной от любопытных глаз старуху, шагнул к ней вплотную.