— Амур-Аму-р-р-р… — и что-то еще, на шпракхе.
Глаза его при этом были закрыты, и, казалось, наслаждение от процесса пения и музицирования он получает независимо от количества денег в гитарном чехле, которые бросали туда небезразличные прохожие. Ну, и атмосфера тут, просто фантастика! Я обогнул рабочих, кинул монетку музыканту, за что удостоился великолепного кивка и взмаха шикарной шевелюры. И как он меня разглядел, с закрытыми-то глазами?
Наконец, взлетев за два прыжка на приметное крыльцо с пилястрами и портиком, я оказался у цели. Парадное — так тут называли подъезды — было открыто, тяжелая дверь замерла в положении «между там и между здесь», оставляя возможность заглянуть внутрь, но не позволяя зайти без скрипа. Внутри мигал свет, я увидел на лестнице стремянку и чьи-то ноги в штанах от спецовки с двумя светоотражающими полосами. Наверное, электрик?
— Вы проходите? — спросил меня кто-то сзади.
Я обернулся и увидел невысокого человека довольно комичной наружности: на голове — лысинка, по обе стороны от нее — кудряшки до плеч, лицо какое-то птичье, но при этом — интеллигентное, глаза за круглыми очками — добрые и напуганные. Да и одет он был скорее в духе позапрошлого века: какой-то странный пиджак в полосочку, такая же жилетка, брюки старомодного кроя и несвежая белая рубашка.
— Да нет, я так — смотрю. Красиво тут! — откликнулся я, делая безмятежный вид, хотя в шлеме с забралом от этого не было никакого толка.
Интерьер и вправду заслуживал внимания: литые перила с финтифлюшками, лепнина на потолке самого причудливого вида, барельефы на античную тематику, витражи с пейзажами, павлинами, мраморные широкие ступени и всякое другое, такое же удивительное и старинное… Для жилого дома — ни фига себе!
— Действительно, если говорить о внутренней отделке — это здание одно из самых эстетичных в Ингрии, — несмело улыбнулся кудрявый незнакомец и высунул руку из кармана. — Позволите — я пройду? Спешу, ко мне должны вот-вот подъехать…
Я только сейчас обратил внимание: там что-то топорщилось, в его пиджачишке. Пистолет? Артефакт? Банальный газовый баллон или шокер? Человечек протиснулся мимо меня, пошире распахнул наружную дверь, потом — вторую, внутреннюю, и заторопился по лестнице, и тут меня осенило: это же и есть ИвАнов! Всеслав Святославович! То-то я думал — его лицо мнезнакомым показалось! На фотографии, которую мне Ян Амосович предоставил, у этого странного типа кудрей не было и лысины. Он ведь меня ждет! Это я должен к нему подъехать!
— Пого… — я хотел остановить его, чтобы вручить книжку, и даже шагнул в подъезд (то есть — парадное), как вдруг случилось все и сразу, я и слово не успел договорить. — … дите!