Вторжение
— Помогите! Спаси!..
Крик разрезал воздух — и тут же захлебнулся, оборванный рухнувшим балконом.
Величественный двухэтажный особняк графов Белинских, только-только бывший местом проведения роскошного бала, рушился на глазах. Сама реальность вокруг дрожала и трескалась — тут и там, на земле и в воздухе, разверзлась черная бездна, взрывающая камень, поглощающая неудачливых людей… Или, наоборот, исторгающая из глубин небытия жутких тварей, которых до этого никто здесь и помыслить не мог.
Я наблюдал, крепко сжав кулаки и стиснув зубы. Наблюдал из тени, из глубины реальности за тем, как твари вновь рвутся в человеческий мир. Через сорок веклв после того, как я их отсюда выдворил!
Я стою на самой грани между миром живых и миром мертвых. Призраки только что погибших несчастных в панике проносятся мимо, растворяясь в глубине мироздания и не замечая ничего вокруг.
Кругом вопят люди. Высокие мужчины с военной выправкой пытаются что-то колдовать. К ним присоединяются и немногие женщины — те, что одеты в походные или охотничьи костюмы. Но таких меньшинство. В основном люди просто бегают в панике.
И умирают.
Очередная троица магов Огня направила руки в четырехлапого змея, с хрустом жрущего очередного богача. Змея охватил мощный, слепящий глаза, поток пламени. Но тварь, растёкшаяся было лужей слизи, тут же собралась вновь!.
Вот он воскрес в очередной раз и, воспользовавшись паузой в обстреле, просто перекусил пополам одного из троицы.
Остальные двое попятились, а потом побежали, забыв о товарище.
Трусы! Кругом жалкие трусы! Именно такие когда-то предали и убили меня на самом пике моего триумфа…
Я с ненавистью глянул на удирающих «защитников». Бросился бы в гущу битвы прямо сейчас…
Если бы не был немного мёртвым. Нужно выждать момент! Момент, которым я сумею воспользоваться, чтобы порвать тварей на куски.
Не может быть, чтоб во всем этом шутовском балагане не нашелся хоть один воистину достойный. Хоть кто-нибудь, кто не испугается и догадается броситься в один из черных разрывов реальности… Хоть один! Тогда я сумею разорвать грань между мирами живых и мертвых, сумею вернуться…
— Дима, что ты творишь? Дима!!!
Истошный женский крик прервал мои размышления. А? Неужели, наконец кто-то решился?
Молодой парень, лет двадцати на вид. Высокий, неплохо сложенный, он откинул полу черного мундира, одним резким движением выхватив изящную шпагу.
— Обнажать оружие запрещено Его Величеством! — тут же раздался сбоку крик какого-то седоусого детины, бросившегося отважному воину наперерез.