– Так я ж маскируюсь, Медея. Информацию новую внес в базу, одеваться стараюсь проще, походку изменил, волосы чуть подкрашиваю, чтобы темнее казались, лицо закрываю, – он рассеянным жестом пропустил между пальцами челку. – Пока пытался на первых порах выжить, голодать пришлось, похудел сильно. А отец… Он же давно меня не видел. Да и сосредоточен был на обсуждении. Я опасался, что имя его натолкнет на подозрения, даже пожалел, что взял настолько близкий к реальному вариант. Но обошлось.
– Ньевор Хот… – прошептала я.
– Ньер Шайхот, – признал рарк. – Вот так, Медея. Не у тебя одной была тайна.
– Но ведь это и сейчас остается секретом, верно? – спохватилась я, вспомнив, что и Дьер, и Таш не сразу называли имя. Вроде как одергивали себя, чтобы лишнего не сказать. – Из-за вызова? Он настолько сложный?
Я, конечно, догадалась, что суть спора с отцом, вероятнее всего, укладывалась в рамки «сделать карьеру с нуля, не прикрываясь именем семьи», но было безумно интересно, что же заставило Ньевора пойти на такой серьезный шаг.
Любимый скрывать от меня ничего не стал. И к концу завтрака я уже знала так много!
Началось все с того, чем грешат и многие родители на Земле – с их собственных амбиций. Деверьен Шайхот, будучи у власти над целой планетой, само собой, хотел видеть своих сыновей дагонами провинций. И то, что их личные увлечения были далеки от политики, его волновало мало. Только вот не учел «заботливый» отец, что сыновья-то у него разные. Дьеру не хватило силы воли отказаться, и должность он принял, хоть и с условием, что оставит пост и сможет заниматься любимым делом, когда выведет свою провинцию на первое место в рейтинге. А Ньевор, то есть Ньер, отказался наотрез. Заявил, что сам найдет свое место в жизни и будет заниматься тем, что ему интересно и важно.
Как раз вот на этом «интересно и важно» он и схлестнулся со своим отцом. Я в начале рассказа подумала, что Ньер хочет всего лишь отстоять право на самоопределение и независимость. Ан нет. Корни проблемы ушли куда глубже. Вернее, выше. К той самой Лидвот, которая стала символом смерти от излучения.
А все потому, что молодой и горячий в суждениях Ньер Шайхот имел наглость высказать отцу свое мнение по поводу действий правящей тетрады, принявшей решение о прыжке в будущее. Именно «наглость», ибо мнение это было отнюдь не похвалой, а настоящей серьезной критикой.
Деверьен Шайхот обиделся. Сын не гордится отцом! Ставит под сомнение правильность поступка четырех дагоденов, которые вывели планеты рарков из-под удара амиотов! Да, неудачно прошел прыжок, возник побочный эффект. Но ведь в итоге пострадала только одна планета. Не прими тетрада своевременных мер, все могло закончиться намного хуже.