— А-а-а! — взвизгиваю я, пытаясь отскочить, но мотоцикл уже разворачивается, несётся на меня, пролетает сзади, отрезая мне пути к отступлению. — Помогите!
Страх сковывает горло, поэтому крик больше похоже на шёпот. Он же сейчас меня задавит!
Тем временем мотоциклист кружит вокруг меня, не давая мне выбраться из этого водоворота. И никто не приходит на помощь! Прохожие только смотрят! Периодически он дёргает меня кто за сумку, то за плечо, то щиплет меня за живот, тянет за волосы. Не больно, но неприятно. Что ему надо?! Из-за тонированного в ноль шлема не разглядеть лица, да мне оно и не нужно, право. Сбежать бы, и всё.
Вконец напившись страха, я разозлилась. Полезла в пакет за шампанским, перехватила его за горлышко на манер булавы и, когда мотоциклист опять приблизился, со всех сил огрела его по горобяке бутылкой. Крепкая бутылка не разбилась. Этот гад подался вперёд, оглянулся на меня и, мне кажется засмеялся. А потом раз, и уехал…
— Мамочки … — вытираю пот со лба, который выступил от нервов, дышу глубоко пару минут и спешу домой.
Виталик уже ждёт у двери, чем почему-то меня очень злит. Меня, значится, там убить пытались, а он тут стоит, лыбу тянет! Где это видано-то? А как же опора там, поддержка? Тьфу!
Но, несмотря на злость, я всё равно его впускаю, наскоро собираю романтик в своей комнате, нарезаю фрукты всё ещё трясущимися руками. Зажигаю свечи и расставляю их по комнате. Получается очень красиво.
— Мась, ты такая умничка, — впечатляется Виталик, разлив выжившие шампанское в бокалы. — Даже хорошо, что ты переехала. Мы теперь можем…
— Ни хрена себе, — звучит от двери, и я чувствую, как настроение стремительно улучшается. Это только потому, что мне нравится его бесить. И только.
— Закрой дверь с той стороны, — оборачиваюсь я к сводному братцу.
— Я сказал, чтобы тут никого не было! — вваливается он в комнату.
— Я приняла как сведенью, — чинно говорю я. — На нейтральной территории никого нет. А это лично моя территория.
— Лично твоя территория?! — совершенно не в шутку возмущается Адам.
— Именно, — киваю я, салютую ему бокалом и делаю пару глотков.
— Нет, Мышка так не пойдёт, — хищно усмехается он и задувает первую свечу.
Я, готовая к такому повороту событий, тут же поджигаю фитиль зажигалкой. Он летит по комнате, задувая свечи я следом за ним, зажигая их. Адам резко останавливается, так, что я врезаюсь в его спину носом, тут же разворачивается и коротко дует мне в лицо, будто задувает фитиль. Я же щёлкаю зажигалкой у самого его лица и чуть-чуть подпаливаю чёлку. Его глаза расширяются, а по комнате быстро расползается запах осмоленной курицы.