Двадцать ли до школы Попирающих Небеса я преодолел за двадцать семь секунд. Вход туда запирали ворота из неразрушимой стали. Ну ладно — я проломил стену, разбросав её куски на сотни метров вокруг, и помчался к горной вершине, которую занимал Нэ Сиван.
По пути попался какой-то ученик, что стоял посреди дороги, я в него и врезался… Прости, парень, от тебя мало что осталось, мне очень жаль!
Мой враг был там, где я и рассчитывал — возле своих комнат для культивации. Как сказала захваченные ученики, он почти всё время проводит там или у пещеры, в которой было замуровано тело его сына. Так что или тут бы его нашел, или там. Что ж, долго искать не пришлось. Нэ Сиван вместе с группой других старейшин стояли на площади перед горой, обсуждая, что же происходит. Вокруг мельтешили ученики с растерянными и удивлёнными лицами, кое где валялись окровавленные тела — видимо, формация накрыла их в момент полёта. Жалко этих добряков…
Возле этой компании резко затормозил и ударил ладошками, разбрасывая всех в стороны. Лишенные своей силы старейшины и ученики отлетели, как кегли в боулинге, шмякнувшись на землю с охами и криками.
— Кто ты такой⁈ — первым на ноги поднялся Нэ Сиван, видимо, положение хозяина горы обязывало.
Ха! Не узнал! Ну, неудивительно! Я был от макушка до пят замотан в чёрную ткань, да ещё и с пришитыми подкладками, делающими мою фигуру мужской и мускулистой, будто я божественный практик. Даже глаза прятали под закопченным стеклом, чтоб никто по цвету и форме меня не опознал.
— Ты! — я ткнул пальцем в Нэ Сивана. — Где моё сокровище⁈
— К-какое ещё сокровище⁈ — совершенно честно ответил тот.
— Ты взял его у меня и не хочешь отдавать⁈ — изменённым до хриплого мужского голосом заревел я. — Тогда умри!
Подскочил к нему, схватил за голову и так поднял в воздух. Старик закричал от боли, схватил меня за руку, стал болтать ножками. Остальные с криками бросились ко мне, желая голыми руками вырвать своего старейшину из моей хватки.
Но поздно! Сдавил его голову, и она лопнула, разбрызгав во все стороны мозги и осколки черепа. Тело упало на землю, и для верности наступил ему на грудную клетку, раздавливая сердце и лёгкие.
— Это в счёт его долга! — прогудел я, отрывая палец с пространственным кольцом.
И смылся. Бежал из школы я с не меньшей скоростью, чем в неё, но в другую сторону, чтоб запутать следы. Когда выбежал из-под действия подавляющей формации, меня обожгло вернувшейся духовной силой, будто кипятком окатили. Ох! И больно, и приятно, будто покалывания в «отсиженной» ноге! Всё, теперь можно и взлетать.