«Великолепно, — думала она, — как один человек может изменить целый вечер, даже не появившись на нём».
Её взгляд остановился на Харуке, которая что-то шептала на ухо Кенджи. На первый взгляд — идеальная пара. Но фотограф в ней видела больше: как школьная принцесса то и дело отводит взгляд, словно ища кого-то в толпе.
— Пойду освежиться, — шепнула Мияко Рике и направилась к выходу.
В коридоре было тихо и прохладно. Она прислонилась к стене, прикрыв глаза.
— Глупый-глупый хикки, — произнесла она с нежностью, от которой самой становилось страшно. — Ты не придёшь. Я уже поняла.
Музыка доносилась приглушённо, создавая странное ощущение нереальности происходящего. Будто она попала в какое-то промежуточное пространство между «было» и «будет».
Телефон в сумочке молчал. Конечно, она могла бы написать ему. Могла бы спросить, почему не пришёл. Могла бы…
Но иногда тишина говорит больше любых слов.
Харука извинилась перед Кенджи и вышла в тот же коридор. Остановилась, увидев Мияко у окна. Две девушки встретились взглядами — и что-то пронеслось между ними. Понимание? Сочувствие? Соперничество?
— Он не придёт, да? — тихо спросила Харука, сама удивляясь своим словам.
Мияко слабо улыбнулась:
— А ты хочешь, чтобы пришёл?
Повисла тишина.
В это время, в зале Юкино наблюдала эту сцену через открытую дверь. Ей вдруг захотелось написать ему: «Ты даже не представляешь, что тут творится». Но сдержалась. Он ведь даже не догадывается, сколько сердец тронул. Или всё понимает, и именно поэтому не пришёл?
Рин заметила, как две её ученицы вышли в коридор. Видела их тихий разговор. И примерно догадывалась о чём он может быть.
Вечер продолжался…
Спортивный зал постепенно погружался в особую атмосферу школьного праздника. Диджей, наконец попав в настроение публики, начал миксовать популярные хиты с лёгкой ностальгической ноткой. Свет становился то мягче, то ярче, создавая причудливую игру.
Кенджи в центре зала смеялся, рассказывая Харуке какие-то истории с баскетбольных тренировок. Она улыбалась, но взгляд то и дело ускользал куда-то вдаль.
Мияко, вернувшись в зал, влилась в группу танцующих подруг. Её розовое платье мелькало в толпе как экзотический цветок, а смех звучал может быть слишком звонко, слишком наигранно.
Азуми продолжала фотографировать, но теперь её объектив чаще ловил не радостные улыбки, а тихие, незаметные моменты: как Харука трогает браслет на руке, как Мияко украдкой проверяет телефон, как Юкино стоит у стены с таким видом, будто мысленно находится где-то очень далеко.
Рин-сенсей курсировала по залу, выполняя свои учительские обязанности. Её чёрное платье мелькало то тут, то там, но движения казались какими-то механическими, будто двигалась по инерции.