Элис могла вызвать полицию. Травмы весьма характерны. Его арестовали бы и посадили на несколько лет. А если бы удалось доказать систематические избиения, то срок мог серьёзно так вырасти. Доказать, кстати, наверное, было бы можно, если бы ранее Элис обращалась в больницу. Но она не делала этого. То же самое утверждала и сейчас: ни врачей, ни полиции.
Сложилось ощущение, что ей нравится находиться в такой деструктивной зависимости от своего бывшего мужа.
Может, она просто считала, что не сможет ничего добиться и сделает лишь хуже? Как я знаю, некоторые жертвы насилия, неважно — физического, психологического или сексуального характера, вбивают себе в голову, что их мучитель вездесущ и всемогущ. Думаю, в этом играет роль выстроенных во время совместной жизни отношений. Скорее всего, Себастьян доминировал по всем фронтам, склоняя её к собственному мнению в любой области. Вероятно даже, что им самим поднималась тема вызова полиции и давались ложные заверения, что ему ничего за это не будет.
Так или иначе, теперь Элис здесь, со мной. И она, как говорил ранее, не хочет обращаться ни в полицию, ни в суд.
Ещё, исходя из моих снов, становится понятно, что я ненавижу тех, кто обижает слабых. Неважно, будь это богач, который хитростью выманивает у бедняков последние деньги, какие-нибудь мошенники, наживающиеся на честных гражданах, политики-манипуляторы, вещающие с экранов телевизоров, и прочие лица, кто считает себя стоящим на вершине пищевой цепочки. Какая тут может быть вершина, если все мы окончим свой путь в земле? Я всегда старался вернуть подобных «небожителей» обратно.
Голова Элис устроилась на моих коленях. Я аккуратно и осторожно обрабатывал её раны. Очень интимный процесс, который играл свою роль и накладывался на события, прошедшие между нами. Я ощущал, что хочу защищать её. Я!
Это было столь неожиданное чувство, что я не мог вспомнить, когда вообще испытывал нечто схожее.
Когда Элис сняла платье, чтобы я смог заняться остальными её травмами, то кажется, на какое-то время и вовсе выпал из чувства реальности. Будто это был ещё один сон.
Однако женщина была слишком настоящей. Тёплой, податливой и шипящей, словно кошка, когда я был не слишком аккуратен.
Наконец всё закончилось, и она снова оделась. Правильно, сейчас не время и не место. Тем более её состояние не позволяло бы в должной мере участвовать в каком бы то ни было процессе. К тому же у меня намечалась немного иная активность…
— Дай мне ключи от своей машины, — попросил я, слабо улыбнувшись и ещё раз проведя рукой по её волосам.