Неприятно было об этом думать, но и отмахиваться было нельзя.
Ладно…еще время есть, и более чем достаточно.
— Ван? — осторожно позвал Лянг. — Ты как?
— Хорошо, — ответил я, поднимаясь. — Очень хорошо.
— Ты… другой… — тихо подошла ко мне Хрули, — Ты пахнешь.Небом, что-ли.
— Ой, как будто вы знаете как пахнет Небо, — фыркнул Бессмертный.
— От тебя пахнет не только Небом, — добавила Джинг, не обращая внимания на слова Ли Бо, — но и… ими. Теми, кого ты спас.
Наверное…она была права.
Я потрогал грудь. В душе было странное ощущение.
После того, как я принял в себя боль всех этих людей, а потом отпустил их души на Небо, во мне что-то изменилось. Не то чтобы я стал сильнее — скорее, я стал… глубже? Словно моя душа расширилась, стала способна вместить в себя больше. Больше понимания. Больше сострадания. Больше человечности.
Я чувствовал себя обновленным. Словно внутри что-то встало на свои места.
Ладно, пора подниматься и заканчивать очистку. Это место всё еще небезопасно.
«Знаешь, Ван, ты меня опять удивил: не думал, что тебе по силам разрушить ту печать Мастера… Не говоря уже о том, что твоя душа осталась невредима после всего».
Это не я ее разрушил, учитель — это всё плененные души. Более того, если бы они сами смогли отрешиться от своей боли и объединяться, то сломали бы ее и без посторонней помощи.
«Вот только отрешиться от боли обычному человеку, запертому в подобную Урну, невозможно.»
К сожалению. — согласился я и потрепал лис по мордочкам. Не мог отказать себе в удовольствии это сделать. Особенно видеть их непонимающие мордочки.
— Ты чего, Ван? — прищурилась Джинг.
— Это у него просто настроение хорошее. — пояснила Ло-Ло.
Я вздохнул.
— Просто понял, что нам с вами хорошо живется, в отличие от обычных людей, которые были пленены этой штуковиной.
Я посмотрел на Урну и направился к ней.
Она стояла в центре поляны, тёмная и безмолвная. Урна Последнего Вздоха перестала быть орудием страданий.
Подойдя ближе, я приложил ладонь к холодной поверхности нефрита и закрыл глаза, прислушиваясь.
Тишина.
Не было больше шепота душ, плача, стонов боли. Только тихое завывание ветра, проходящего сквозь ветви мертвых деревьев. Урна была… пуста. Хотя нет…не пуста. Просто надо проверить по-другому.
Я сделал глубокий вдох, собирая остатки Ци. Радужная энергия медленно, словно сонная река, потекла по моим меридианам. Её было мало — слишком мало для полноценной работы, но достаточно для того, что я задумал.
Ладонь моя засветилась мягким радужным светом. Просветлённая Ци потекла в чёрный нефрит, просачиваясь в его структуру, как вода в губку.