Он просто застыл в пятнадцати шагах от Символов. Неподвижный как каменный столб, только одежда развевалась на ветру. Цзянши поднял руку цвета старой слоновой кости, с пятнами и длинными, словно небольшие кинжалы, острыми черными ногтями.
Это было не тупое прыгающее существо — это был разумный хищник, созданный чьей-то злой волей.
Опущенная голова поднялась и скрытые прежде соломенной шляпой красные глаза. Бледное лицо с черными прожилками смотрело на меня. Я тоже смотрел на него. Триграммным зрением.
И от этого взгляда цзянши дернулся, как от удара хлыстом. Я видел его суть. Тело, вмещающее в себя очень много энергии Инь, более того, от его ног шли щупальца, которые высасывали эту Ци из пространства вокруг. А земля, на которой мы стояли, хранила еще много нитей Инь, которые всасывались вампиром. Кроме того, в его теле блуждали сотни нитей кровавой Ци, напоминая искусственно созданные меридианы, но главное…там, внутри тела, — было черное сердце, ровно посредине грудины, вставленное кем-то насильно и в нем билась заточенная душа.
«Чувствуешь, как он пахнет?» — спросил брезгливо Ли Бо, — «Смертью и старой кровью».
Я не чувствую — я вижу. И вижу не только это.
«Будь осторожен, Ван,» — голос Бессмертного вдруг стал предельно серьезным. — «Его уровень силы сравним с началом стадии Ядра. Но это сила мертвеца — грубая, лишенная понимания, но оттого не менее опасная. Он полагается на инстинкты, скорость и нечеловеческую мощь.»
— Праааааведник… — облизнулся цзянши и на лице его возник хищный оскал зверя, почуявшего добычу.
Я чувствовал его ненависть, направленную прямо на меня, словно физическое давление.
Интересно, он что, не чувствует от меня опасности?
— Ты уничтожил жилу моего господина.
— И кто твой господин? — невинно поинтересовался я.
Раз уж перед смертью этот цзянши захотел поболтать, то пусть. Я даже не ожидал, что он настолько разумен.
Цзянши усмехнулся, обнажив острые клыки:
— И я заберу твою жизнь в качестве компенсации. Но прежде ты отдашь мне зеркало. Я чувствую, что оно у тебя.
Ага, зеркальце-то ему важно. Значит, связь между ним и зеркалом прочнее, чем я думал. Возможно, те самые кровавые нити, которые я разглядел внутри артефакта и связывают его.
— Прийти днем — смелость или глупость? — спросил я, стараясь говорить спокойно.
Мы стояли друг напротив друга, как в вестернах. Ветер был неспокоен и вздымал пыль над дорогой, завывая в ушах.
— Силaaa… не зависит от солнца… — он сделал шаг вперед. Всего один шаг — и расстояние между нами сократилось вдвое. Явно техника передвижения, а не просто скорость. Цзянши, использующий Ци и техники…это что-то новенькое.