А потом мой взгляд опустился на одежду Святого. Я ведь ношу ее постоянно, так неужели она…гасит мои страхи? Ведь именно такой эффект у нее и должен быть. Может, всё это время я не был таким уж непоколебимым как мне казалось?
Это из-за нее? — спросил я у паука.
Узнаешь, когда снимешь.
Я сделал глубокий вдох и посмотрел на нити вокруг себя. Сейчас все они были серебристыми и спокойными.
Значит, ты мне помогаешь? Почему?
Разве я могу кому-то помочь? — с легкой насмешкой спросил меня паук, — Я лежу, неподвижный, уже много тысячелетий.
Выходит, паук мертв?
Я тряхнул головой, в которой сейчас были перемешаны сотни вариантов будущего, которое хотелось забыть. Взять и забыть, и больше никогда не вспоминать. Но это было невозможно. Если у меня раньше и не было страхов, сейчас они точно появились.
Вот. Небольшое путешествие в лунную ночь закончилось тут. Сотней видений.
Но разве я уже не выбрал свой путь? — мелькнула мысль, — Я ведь просто шел вперед, абсолютно неколебимый, и лишь сейчас я ощутил сомнения. Может, это такое «испытание»?
Если это и испытание, то твое собственное, — прочитал мои мысли паук.
Но кто ты? — спросил я вдруг, — Это место я ощущаю словно особую «зону».
Это, Ван, и есть особая зона. — ответил паук, — Разве ты не ощущаешь ничего знакомого?
Я прислушался к себе, к застывшей реальности вокруг. Знакомое? Что он имеет в виду?
И тут вдруг мои ноги ощутили холод.
Холод Пустоты. Знакомый.
Пустота? Здесь?
Да, Ван, разрывы могут быть не только в Небе. — произнес паук.
Я сделал шаг, стараясь не задевать серебряные нити. Еще шаг. Еще.
Я шел прямо к пауку.
Не боишься? — хмыкнул он.
Я не боялся. Пустота была чем-то знакомым, как и Пустотники.
Через минуту я стоял на небольшом холмике, где лежало неподвижное тело паука. Антрацитово черное, будто отлитое из крепчайшего металла.
Ноги почти обледенели, так было холодно. Пустота когда-то тут протянула свои щупальца внутрь Поднебесной, и сейчас я ощущал лишь ее остатки.
Значит, где-то тут разрыв?
Был разрыв, Ван. Совсем небольшой. — прозвучал голос паука.
И ты его закрыл? — уточнил я.
Закрыл? Нет, на такое я был не способен. Я его заткнул. — прозвучал ответ.
Заткнул?
Своей душой.
Ты… Святой? — спросил я.
Я просто Бессмертный, который встроил свою душу в ткань мироздания. Не только Святые способны «латать» Поднебесную, Ван.
Но я не слышал о таком и не видел в воспоминаниях подобного. — сказал я честно, и в голове моей пролетели воспоминания, показанные Святыми в долине Памяти.
Разве Святые всезнающие, Ван? И разве Небо видит действительно всё?