Но это было необходимо. Едва я увидел для чего именно нужна эта техника, то осознал, как сильно она может пригодиться мне в будущей схватке с цзянши и это в том числе добавило мотивации моим тренировкам.
После того как я истощил запасы Узла Меридиан, я восстановил незначительную часть Ци и приманил к себе очередную пчелу. Я решил, что пока отдыхаю-восстанавливаюсь, буду просматривать воспоминания. Времени было и так немного. Двигал мной как банальный интерес, так и попытка узнать что-то новое.
Все произошло точно так же как в прошлые разы. Укус. Погружение. Воспоминание.
Теперь я легче воспринимал увиденное, мозаика событий прошлого постепенно складывалась в одно целое. Воспоминания от разных лиц дополняли друг друга.
В новом воспоминании я увидел как создавались те самые триграммы. Несмотря на защиту, которая трещала по швам, Праведники с горем пополам удерживали купол. Вот только враги не ослабляли натиск и самые слабые из защитников были буквально поражены отдачей от этих ударов по куполу. Им приходилось восстанавливаться, и поддерживать защиту они не могли.
Вот только это было обманным ходом: темные техники в прямом смысле проникли «под» купол, который не защищал землю «вглубь», и поразили самых слабых и истощенных защитников прежде, чем кто-либо успел понять это. Я увидел их смерти и увидел как начали создавать первые могилы.
Это был фрагмент прошлого, который наглядно показывал, насколько безжалостно уничтожались праведники. Никто не собирался брать их живыми.
Однако… к моменту смерти, каждый из Праведников носил «метку», которую нанесла на них девушка-Просветленная, и благодаря этому их души даже после смерти остались в телах.
В этом воспоминании символ был смазан, но в последующих я надеялся увидеть его в деталях. Я не знал, пригодится ли мне подобный символ, но знать я его хотел.
Когда фрагмент памяти закончился, я вытянул руку и приманил следующую пчелу.
Я был готов увидеть следующее воспоминание. Я сознательно пытался не сопереживать, сознательно «гасил» эмоции, которые начинали вспыхивать после увиденных смертей. Особенно ярко сверкало слово «месть», за которое меня несколько раз ударила проснувшаяся нейросеть, на что я никак не отреагировал. Больно — да, но изменит ли это мои мысли? — Уже нет. Есть пределы того, на что может повлиять нейросеть, и они явно отодвигались. Не знаю, от какого-то углубившегося понимания собственного пути или просто из-за роста моего уровня.
Сейчас на мне не было одежды Святого, так что я был сами собой, а контролировать себя было тяжелее. Хорошо, что паук Инь-Ян тогда намекнул мне, что нужно надолго снимать одежду.