Я ничего не ответил, просто смотрел на сплетение моего имени. Оба были настоящие. А ведь раньше я немного чувствовал себя самозванцем, когда меня называли Ван, а теперь…теперь этого не было. Теперь это было единственно правильным именем.
— А можно мне в озеро? — вдруг подал голос Лянг, — В кувшине осталось так мало воды…мои жабры засыхают…так можно и помереть…умоляю…капельку воды…горло пересохло…кха…кха…
Лянг начал показывать свой настоящий характер.
А через минуту мы продолжили тренировку.
Еще недавно я и представить себе не мог, что буду сидеть под деревом Золотого Ореха и, слушая наставления старой-старой белки, учиться заваривать чай. И, тем не менее, именно это со мной и происходило.
И вообще — кто бы мог подумать, что заваривать чай так сложно!
Передо мной в небольшом сосуде для воды вскипала вода.
— Поздно. Эта вода стала уже слишком горячей, — прозвучал строгий голос белки.
Вода с шипением выплеснулась на землю.
В отношении качества чая белка была…неумолима.
Я вздохнул. Это была уже десятая попытка за сегодня.
Я поначалу думал, что упражнение с удержанием орехов самое сложное, но я ошибался. Контроль Ци, которому учила меня белка, был нужен как раз для того, чтобы заваривать правильно, по ее методике, чай. Тогда, в первый день, мне удалось остановить один орех и я подумал, что всё понял. Но это был лишь шаг к тому, чтобы овладеть контролем Ци.
Чем-то это напоминало контроль четок, вот только там был зачарованный артефакт, где достаточно было мысленного усилия — и всё получалось. Тут же…каждую «искру» Ци нужно было контролировать с постоянным напряжением. Возможно, потом это напряжение уйдет, как это было с контролем четок, но пока что останавливать больше пяти золотых орехов было сложно. Но я уже на третий день пребывания у белки ощутил пользу этого: если раньше я мог контролировать десяток бусин из четок Святого, то после упражнения с Ци это количество аномально быстро увеличилось до двух десятков.
Как я заметил, эффективность тренировок увеличивалась как только белка заваривала чай, а его аромат разлетался по всей ореховой роще. Причем этот аромат каждый раз был разный — возможно, он зависел от моего настроения.
Больше чай мне белка пить не давала.
— Одного раза достаточно, — сказал белка в тот же день мне. — Ты должен будешь найти свой «вкус» чая, значит тебе не нужно перебивать вкус чужим.
— Но я же уже попробовал, — возразил я.
— Верно, но это было нужно для того, чтобы ты понял, что чай — это не просто чай: чай, который ты завариваешь — это отражение твоей души, твоей Ци. Его не дают кому попало, им делятся, когда оказывают полное доверие.