Наконец коридор заканчивается дверью, ведущей в неизвестное помещение, при мысли о
том, что нам сейчас придется зайти туда, моя интуиция буквально взрывается от
беспокойства. Но делать нечего, иного пути нет, ждать помощь Анна не хочет.
Мы входим в полутемную просторную комнату, как только Настя переступает порог, двери
позади захлопываются, а по периметру помещения зажигаются свечи. Очень зловеще и
эффектно, что уж скрывать.
– Нас что, в ритуале собираются использовать?! – восклицаю я испуганно…
– Да ну, ты книжек перечитала, не занимаются ведьмы подобным, – произносит шепотом
Анна, вот только шепот у нее выходит очень уж неуверенным.
– Тебе лучше знать, у тебя мать – ведьма, у меня только подруга, – пожимаю плечами,
не спорю, хотя я уверена, что права в собственном предположении.
– Это какая–то пародия на чернокнижников, – громким шепотом возмущается Анна, в
полный голос она не осмеливается говорить, хоть и уверяет, что не верит местным
спецэффектам.
– Да чего вы спорите, вон дверь, если она откроется, то все это пародия, если нет –
то права Айлин, – вмешивается Настя.
Все–таки хорошо, что она с нами, служит голосом коллективного разума, пока члены
коллектива не в себе.
– А–хах, – раздается безумный смех, и вместе с этим в дальнем темном углу тоже
загораются свечи, а на возвышении появляется Ксения, – староста хорошо рассуждает,
вот только не совсем верно, – Мы все втроем дружно спотыкаемся от новых спецэффектов
и явления Ксении народу, – дверь–то не заперта, только вы не сможете в нее выйти.
Ритуал и впрямь будет, Айлин права, плохая ты дочь ведьмы, Аннушка, очень плохая,
понятно, почему от тебя отреклась мать. И отцу не пришлась ты по вкусу, неудачный
эксперимент двух сильных существ, эх, – притворно вздыхает Ксения.
Анна до хруста сжимает электрошокер от злости, я торопливо кладу руку ей на плечо.
– Это наше единственное оружие, – шепчу ей на ухо, – лучше яви свою нечеловеческую
силу и сожми так Ксению.
– Да, – делает глубокий вдох Анна, – ты права.
– О чем вы там шепчетесь? – хмурится Ксения.