Меня спасла Вероничка, которая своим мяуканьем напомнила о своём присутствии в квартире.
– Извините… – пропищала я каким-то не своим голосом и бросилась прочь из кухни.
Дочь «насиделась» в манеже и теперь требовала внимания, да и кормить её было пора. Взяв её на руки, я прижала малышку к себе и на секунду прикрыла глаза, чтобы справиться с дрожью во всём теле.
– Сейчас дядя уйдёт, и мама тебя покормит, солнышко, – сказала я больше для себя, чем для Веронички.
– Я пойду, пожалуй, – раздался голос Соболева за моей спиной, и я вздрогнула от неожиданности. Он слишком тихо подкрался сзади, чтобы я уловила его появление. – Чёрт, если бы я знал, что у тебя ребёнок, хоть бы погремушку какую-то купил, – извиняющимся тоном проговорил он, снова рассматривая Веронику. – Неловко вышло. В следующий раз исправлюсь, обещаю.
В какой ещё следующий раз? Соболев теперь каждый день будет возле моего дома околачиваться? Только этого не хватало.
– Спасибо, Виктор Павлович, у нас достаточно игрушек. Мы ни в чём не нуждаемся, – гордо вскинув подбородок, отчеканила я.
– Даже не сомневался, Алиса. Ты всегда была сильной и независимой девушкой. – Он протянул ко мне руку и осторожно коснулся большим пальцем уголка моего рта, вызвав во мне новую бурю эмоций. – Крошка от мороженого, – пояснил он свой порыв. – Давай обменяемся номерами телефонов? – предложил он, резко сменив тон на деловой.
Виктор достал из кармана мобильный и вопросительно уставился на меня. Я продиктовала ему свой номер телефона, он сделал мне дозвон и принялся обуваться.
– Я жду твоего звонка, Алиса! – сказал Соболев на прощание. – Не расстраивай меня!
Прозвучало, как угроза. Впрочем, чего я ожидала от него? Виктор всегда был жёстким и бескомпромиссным человеком. В жизни он был мягче, и со мной когда-то тоже, но сейчас дело касалось работы, а он ясно дал понять, какого ответа он от меня ждёт, и никакое другое моё решение его не устроит.
– Всего доброго! – холодно попрощалась я.
– До завтра, Алиса! – прищурившись, произнёс Виктор, а потом неожиданно улыбнулся, но не мне, а Вероничке. – Пока, малышка! Спасибо, что позволила нам с мамой поговорить!
– Гу-у-у – прогудела в ответ дочь, улыбаясь всеми своими шестью зубками.
Она всем так улыбается – успокаивала я себя. Соболев вовсе не особенный.
Только когда дверь за ним закрылась, я вдохнула полной грудью. На автомате вернулась на кухню, усадила дочь в стульчик для кормления, начала греть ей супчик, попутно разбирая сумку с продуктами, что мы с ней купили.
Появление Соболева совершенно выбило из колеи. Я уже покормила ребёнка, набрала ей ванну для купания, а меня до сих пор колбасило.