– Ренат… – она вновь пытается ко мне прикоснуться.
Я не позволяю. И чтобы не сделать ей больно, мягко подталкиваю к кровати. Она спотыкается и неуклюже на неё падает. Начинает рыдать, закрыв лицо руками.
Блять!
Я швыряю вещи на пол, приближаюсь к кровати и сажусь на корточки возле её лица.
Блять! Вот за что мне всё это? Хотя я знаю ответ, мать вашу! За те ошибки, которые совершал! За те решения, которые принимал! Вот, за что!
– Вик, – тихо зову её, но это не помогает. Пытаюсь оторвать её руки от лица – и тоже безрезультатно. – Вик, перестань вести себя как слабачка. Ты же не такая.
– Ты не видел меня три года, – продолжает выть она. – Может, я стала слабой.
– Я же тебя не гоню, – говорю успокаивающе. – Давай спокойно поговорим и найдём выход. Ты зря не хочешь встретиться с Игнатом. Он искал тебя.
Она всё-таки убирает руки и смотрит на меня сквозь вуаль непослушных тёмных волос, упавших на лицо.
– Я к тебе вернулась, – признаётся тихо. – За три года смогла понять, что ты сделал для меня то, что никто бы никогда не сделал. Поняла, какой дурой была, что тебя не замечала. Ты сможешь меня простить?
– Я простил, – говорю поспешно, чтобы не вызвать новую порцию слёз девушки. – Давай позавтракаем и поговорим, хорошо?
– Скорее уж, пообедаем, – улыбается она сквозь слёзы. – Сейчас уже около двенадцати. Я думала, ты никогда не проснёшься…
Блять, вот это я поспал.
– Как ты вошла в дом?
– Дверь была не заперта, – она пожимает плечами.
– Тебя кто-нибудь видел?
– Вряд ли. Я пришла в пять утра.
А вот это уже ценная информация. Значит, мои надзиратели иногда всё-таки спят.
Хочу подняться с пола, но Вика хватает меня за руку и прижимает мою ладонь к своей щеке.
– Я соскучилась. Боже, я так соскучилась и так рада тебя видеть…
Пытаюсь мягко выдернуть руку, уже открываю рот, чтобы сказать Вике о том, что у меня есть девушка, и чтобы она прекратила вот эти вот смешные попытки привлечь моё внимание. Но все слова застревают в горле…
Отчётливо слышу шаги на лестнице. Мягкие, лёгкие, почти беззвучные. И эти шаги не приближаются, а, наоборот, отдаляются.
– Кто это? – испуганно спрашивает Вика.
А я, оставив её вопрос без ответа, рывком поднимаюсь с пола, вылетаю из спальни и бегу вниз по лестнице. У самой двери вижу девичью спину и небрежный пучок на макушке. И можно не гадать, кто это. А также не питать себя иллюзиями, что она не поняла всё неправильно.
Я в одном полотенце на бёдрах. В моей кровати лежит девица. Блять!
– Ян!! – мой голос напоминает рёв зверя, попавшего в капкан.
Она уже распахнула дверь и выскочила на улицу, но, услышав меня, резко разворачивается. Я приближаюсь к двери и сходу заношу ногу, чтобы переступить порог.