— Ну, это единственное из одежды, что было не красным, — Вей «смущенно» одернул фартук вниз и подал мне кружку дымящегося кофе. — Вот, приходи в себя. — А затем стянул на пол одну из многочисленных алых подушек и уселся на нее в позе лотоса. Кружева едва-едва справлялись с прикрытием того, что ниже пояса. А вот на окончательно накачанный за месяцы подготовки к свадьбе пресс маленького женского фартука явно не хватало.
— Какой на фиг кофе! — просипела я пересохшим ртом, не глядя сунула кружку на тумбочку и протянула обе руки. — Ку-убики! Все мое! Снимай сейчас же эту тряпку! Она половину обзора загораживает! Нет, стой! Сама сниму! И не смей хихикать!
— Слушаю и повинуюсь, моя госпожа!
А может, рано я сняла корону? Да не, без нее однозначно удобнее!
Вейшенг
— Я терпела твои традиции, а теперь ты терпи мои! — самодовольно выдохнула Кирэн, поправляя белую фату.
— Ты уверена, что это пернатое не нагадит мне прямо в руку? — опасливо уточнил я, стараясь не слишком крепко стискивать белого голубя. Птица мне попалась на редкость пакостная и постоянно пыталась ущипнуть клювом за пальцы. Мы, кстати, очень долго не могли понять, кто из этой пары голубь, а кто голубка. Они были совершенно одинаковые. В итоге решили не заморачиваться и просто поделили голубей в «Камень, ножницы, бумагу».
— Не успеет, вот уже стрелка! — подбодрила жена. — А вон хозяйка птичек и фотограф-оператор, так что еще две минуты — и можно отпускать!
— Будда, и это вы называете летом⁈ Почему так холодно… и почему в час ночи солнце⁈ — едва слышно простонал я, в очередной раз меняя позу.
— Ну не ной, уже совсем скоро я тебя согрею.
— Да я не за себя беспокоюсь! Меня пугает синяя невеста! Ты уверена, что не замерзла? С этой реки страшно дует. — Я слегка передернул плечами, действительно чувствуя, как безжалостный ветер продувает тонкую ткань рубашки. А ведь Кристи еще и в платье! С декольте!
— С Невы всегда ветер, особенно на стрелке Васильевского острова в белые ночи. Пошли, нам еще надо грохнуть бокалы о каменный шар! И потом будем кусать пирог. Вот увидишь, я укушу больше!
— Все это звучит слишком странно, — улыбнулся я уголком губ, ловя ее радостный взгляд.
— Не более странно, чем десять многодетных теток на нашей брачной постели!
— Ну, сработало же, — буркнул я, терпя неприятные щипки голубя.
— Сработал фартук, но никак не посторонние тетки! Этот предмет гардероба вообще следует запретить как тяжелый афродизиак для женщин! Во всяком случае в нашей семье!
— Да без разницы, что именно подействовало, — самодовольно приосанился я, вспоминая… хм… И тут же снова забеспокоился: — Главное, не простудись, беременным нельзя простужаться. Почему ты отказалась от шубы⁈ Я купил лучшую из тех, что мы смотрели, из голубого соболя!