А я помнила, что засыпала одна.
Денор ушёл в душ. Я лежала на боку, завернувшись в простыню, с ноющим телом и жгущей блаженством меткой.
А проснулась — вот так. В его объятиях.
Было слишком близко. Слишком… по-настоящему.
Я попыталась осторожно шевельнуться.
Но альфа только сильнее сжал меня. Словно даже во сне не собирался отпускать.
— Ашер… — прошептала я. — Эй.
Тишина. Кажется, не проснулся. Или сделал вид, что не проснулся.
— Ты меня обнимаешь, — уточнила я чуть громче, через плечо.
— Ты видишь в этом проблему? — его голос был хриплым от сна, низким, будто сорванным.
Я чуть не задохнулась от этих слов.
— Я… мне нужно в душ.
Ашер не ответил сразу. Его ладонь ещё раз сжала мою талию, почти по-хищному, и только потом отпустила. Я быстро поднялась, натянула первую попавшуюся футболку и ушла, будто сбегала. Может, так и было.
Я стояла в душе, под горячими струями, и смотрела в плитку перед собой. Всё тело слегка ныло — но это было приятное, расслабленное послевкусие, а не ломота. Я провела рукой по животу… и внезапно поняла, что-то не так.
Я чувствовала себя… хорошо.
Нет. Даже не просто хорошо. Прекрасно.
Словно внутри выключили тревогу, бесконечное фоновое напряжение, боль, с которыми я жила последние года. Метка не тревожила.
Ни головной боли. Ни тошноты. Ни привычного чувства, что я на грани развала.
Я положила ладони на стену и выдохнула.
— Что, чёрт возьми… — прошептала.
Всё было по-другому. В теле — лёгкость. В голове — ясность.
И это даже немного пугало. Я не помню, когда ощущала себя настолько хорошо. Неужели секс и правда настолько помог?
Я вышла из душа, обмотавшись полотенцем, волосы мокрые, тело ещё влажное. В зеркале — я. Но другая. Румянец на щеках, кожа светится, глаза будто ярче. Всё ещё не верилось, что ощущение лёгкости было настоящим.
Я прошла в комнату — и застыла.
Ашер стоял у окна.
Спина прямая, плечи напряжённые. Пальцы медленно сжались в кулак. Воздух в комнате будто был другим — тёплым, наэлектризованным.
Я шагнула ближе и только тогда заметила: на столике стояла чашка с кофе.
Я остановилась, не касаясь её, только посмотрела, ощущая аромат, что разнесся по комнате.
— Ты же… не пьёшь кофе.
Альфа не обернулся сразу. Повернул голову чуть в сторону — медленно, будто ему нужно было выбрать: ответить или проигнорировать.
— Не пью. — Его голос прозвучал низко, хрипло, почти сонно. — Это для тебя.
Что-то ёкнуло внутри.
Я сделала шаг ближе. Чашка дымилась. А он… повернулся.
— Ты выглядишь горячо, — проговорил он низко, не отрывая взгляда.
— Прекрати, — прошептала я. Но голос дрогнул.