— Я же говорил тебе не закрывать глаза, — Денор взял мои руки и прижал их к кровати над головой. Нависая надо мной. Заставляя резко открыть глаза. Увидеть оскал на его губах. — Пытаешься думать про своего ублюдочного мужа?
Или мне показалось, или я действительно в его глазах увидела ярость. Страшную. Пугающую. У меня дыхание сжало и мысли порвало в клочья. Я многое хотела ответить, но с губ сорвался лишь рванный выдох, а затем разрывающие сердце слова:
— Если я сейчас о чем-то и думаю, так это о том, что… Жизнь нас явно ненавидит, раз поставила в такие рамки, — я не знала понял ли Денор мои слова. Возможно нет. Да и я сама себя сейчас плохо осознавала, но чувствовала очень многое. От эмоций раздирало на части. Нас с Ашером слишком многое связывает. В том числе и остро противоречащее друг другу. И вроде как секс это не самое ужасное на что можно согласиться лишь бы жить, но черт, касательно него имелся особенно острый барьер. И как его перейти?
Ашер сильнее оскалился. Одной рукой сжал мою талию. Второй удерживая за бедро, резко притянул к себе. Накрывая своим телом. Набрасываясь на мои губы особенно жестоким поцелуем. Дыхание сбилось. И я изначально попытавшись вырваться, почему-то со временем замерла. Чувствуя, что горю и то, что моё тело уже подчинилось. Дышало с ним. Реагировало на него. Это мощно ударило. Разорвало сознание в клочья.
Ладонь Денора поднялась выше. К груди. Сжимая ее грубо — и я вскрикнула. Не от боли. От вспышки. Та, что рванула из живота вверх, словно ток. Метка тоже вспыхнула, откликнулась. Почему-то еще более приятным теплом.
Поцелуй вышел жестоким. Без намёка на нежность. Ашер впивался, ловил язык, кусал губу. Я задыхалась под ним, но не отстранялась. Потому что это было похоже на падение — и я не знала, вынырну ли.
Денор оторвался лишь на миг, чтобы сбросить с себя одежду. Почти раздражённо. Затем снова навис. Его ладони легли на мои бёдра, и я почувствовала, как он стягивает с меня всё — шорты и трусики. Медленно, нарочно тянуче, глядя мне прямо в лицо.
Я зажмурилась, когда осталась обнажённой. Он смотрел так, будто прожигал глазами.
— Посмотри на меня, — приказал. А у меня сердце оборвало биение. Почему Денор был настолько жесток и категоричен к этому? Чтобы я не закрывала глаза и чтобы смотрела на него? Это вид пытки?
После сегодняшнего похода к врачу я уже понимала, что нам придется переспать, но думала, что это будет немного иначе. Что уж точно мы не будем смотреть друг на друга. Что постараемся абстрагироваться от этой близости. Но Денор действовал иначе. Действительно жестоко.