Старичок стремительно обернулся вокруг своей оси, а когда повернулся ко мне лицом, передо мной уже стоял прежний великан, правда, всё в том же сером балахоне.
— Ну-с, — сказал он, широко улыбаясь. — Добро пожаловать в мою обитель, Александр Ожерельев из рода Ожерелевых.
— Александра больше нет, — буркнул я, — Ни к чему поминать это имя. Я заметил, тут давно никто не бывал.
— Так и есть, — ответил Седой. — Меня тут не было лет двадцать, одного дня мало, чтобы тут всё прибрать.
— У меня тут ещё вопрос назрел, — добавил я, прищуриваясь.
— Спрашивай.
— Это ведь далеко не одна статуя грача в крепости, я правильно понял? — выссказал я свои предположения.
— Всё верно, — ответил, улыбнувшись, Седой. — У меня этих птичек полно в городе, в лесу, вне крепости они тоже запрятаны, недалеко от стены.
— То есть через птичек ты и по городу передвигаться можешь? — спросил я.
— В этом я не уверен, — ответил Седой. — Не все грачи сохранили свои свойства, некоторые из них давно разрушены, их надо восстанавливать. Давай поторопимся в мою обитель.
— Твою обитель? — ухмыльнулся я. — Уже интересно посмотреть.
Место по праву заслужило звание обители: это был достаточно обширных размеров зал, у которого было мало стен, его примерными границами в основном были ступени вниз, к стеллажам, большой свод стеклянного купола полностью освещал эту часть его владений, через него было видно небо, такое же искусственное, как всё это пространство, но для обывателя, не знающего азов пространственной магии, самое что ни на есть настоящее. Тут было полно письменных столов, заваленных рукописями, стопки с книгами возвышались и на стульях, также тут росли какие-то растения в горшках, в центре красовался немалых размеров глобус, стоял здесь и отдельный стол с макетом окрестностей, подобный тому, что я уже видел у Седого. А ещё тут был один пустующий письменный стол, со свободными от стопок книг стульями, вокруг стола их было штук пять, что говорило о том, что Седой явно тут бывал раньше не один.
— Будешь кофе? — спросил Седой. — Или тебе чего покрепче налить?
— Кофе подойдёт, — сказал я. — Хватит с меня пока алкоголя.
— Как знаешь, — сказал он. — А вот я выпью. Но сперва приготовлю кофе.
Он разгрёб с одного стола в стороны стопки книг, потянулся в кучу и выдернул оттуда самовар, поставил его с глухим стуком на стол, напитал маной печать на нём, а после пошёл что-то искать, видимо, чашки.
— Да, тут явно уборка нужна, — сказал я.
— Успеется. — ответил Седой, возвращаясь с чашкой и стаканом для вина.
Он играючи создал воду прямо в воздухе и быстро обмыл посуду, прежде чем поставить на стол, а после, не понять откуда достал целый мешок молотых кофейных зёрен, зачерпнул совком оттуда горсть, открыл самовар и закинул кофе прямо туда.